Готы и гунны в крыму. Кто такие готы (племя) и что это за народ

Побывали на крымской земле также готы и гунны. На границах огромной Римской империи приходилось сдерживать натиск варварских племен. В конце 2-го века германское племя готов начало движение с берегов Балтийского моря на юго-восток. Это событие положило начало эпохе Великого переселения народов.

Готы и одно из сарматских племен – аланы вторглись в Крым. Археологически засвидетельствована практически одновременная гибель почти всех поселений Крымской Скифии. Готы и аланы разорили окрестности Херсонеса, но сам город защитникам удалось отстоять. Разноплеменный готский союз более чем на столетие стал хозяином Северного Причерноморья. Тысячи пленников и несметные сокровища стали добычей варваров.

Часть аланов и готов осели в Юго-Западном Крыму. Они занимались земледелием и скотоводством. Ученые отмечают различия в их похоронных обрядах. Аланы хоронили своих покойников в скорченном положении в ямах особой формы.

Готы же сжигали мертвых соплеменников, а пепел предавали земле в керамических сосудах. Характерными для готских погребений являются различные изделия, украшенные орлиной головой с сильно изогнутым клювом. Постепенно среди готов начинает распространяться христианство.

Расцвет могущества причерноморских готов приходится на середину 4 века. К этому времени они создали огромную державу, подчинившую все окрестные племена. Но вскоре пришел конец владычеству готских королей в Северном Причерноморье.

В конце 4 века начинается вторжение кочевников – гуннов, пришедших из степей Центральной Азии. Они были прирожденными наездниками. Начиная сражение, гунны осыпали врагов тучами стрел, а затем с отчаянной храбростью схватывались в ближнем бою. Готы не смогли устоять против сильного врага. Часть покорилась гунам, а другие подались в бега. В Крыму готы и аланы нашли убежище в горах полуострова. Место их нового расселения позже стало называться Готией.

Пройдя через Крым, гунны двинулись на запад, разоряя римские провинции. Смертельная опасность заставила объединиться различные европейские народы. Около 100 лет борьба шла с переменным успехом. Но во второй половине 5 века, потерпев сокрушительное поражение от германцев, гуны отхлынули назад, в степи Причерноморья и в Крым. Завоеватели проникли даже в горную часть полуострова, потеснив аланов, готов, и . Херсонесу удалось выстоять, но жизнь во враждебном окружении была полна лишений и опасностей.

Под ударами готов и гуннов распалась великая Римская империя. Восточная её часть, отделившаяся в 395 году, просуществовала как самостоятельное государство более тысячи лет. Современные историки называют это государство Византийской империей, или просто Византией. Важное значение Византия предавала , который в то время начали называть Херсоном.

Выгодное расположение города позволяло контролировать варварские народы Северного Причерноморья и предупреждать их вторжение в империю. В 488 году Херсон был разрушен сильным землетрясением. Император Зенон выделил большую сумму на его восстановление. Для защиты Херсона и земледельческого населения Юго-Западного Крыма Византия построила крепости, называемые теперь «пещерными городами». Основные пещерные города – Мангуп, Эски-Кермен, Чуфут-Кале и Бакла, Кыз-Кермен и Тепе-Кермен, Сюреньская крепость и Каламита.

ГУННЫ

Согласно Л. Н. Гумилеву предки гуннов, тюркский народ хунну, жили на территории современных Монголии, Бурятии и Северного Китая, где создали свою могучую державу. В результате войн с Китаем и внутренних междоусобиц в 93 году она распалась. Часть хунну отступили западнее и на землях нынешнего Восточного Казахстана образовали новое государство. Несколько десятилетий они успешно противостояли китайцам, а в 155 г. были разгромлены сяньбийцами - предками монголов, после чего хуннский этнос распался. Одни слились с сяньбийцами, другие переселились в Китай, третьи, так называемые «малосильные», осели в горных долинах Тарбагатая и Семиречья, а четвертые, «неукротимые», 20-30 тыс. воинов, с арьергардными боями сумели оторваться от преследующих сяньбийцев и ушли на запад.

В 158 г. они достигли Прикаспийских степей - в 160 г, об их появлении писал Дионисий Периегет, а в 175-182 гг.- Птолемей, аланы на Северном Кавказе встретили их враждебно, но по соседству беженцы нашли себе хороших друзей - угорские племена, населявшие лесостепную полосу Поволжья и Урала. Вероятно, и для них союз с опытными воинами оказался очень кстати, обеспечивая защиту от сарматских и, по-видимому, славянских набегов. 200 лет они прожили вместе, постепенно сливаясь и смешиваясь, чтобы в средине 4 века явить миру свой грозный и безобразный лик.

Однако помимо Гумилевского взгляда, поддерживаемого, к слову, большинством современных историков, на проблему происхождения гуннов, есть и другие. И первое место в этом ряду безусловно принадлежит Иордану, готскому историку 6 века, незнакомому в силу объективных причин с рассуждениями как наших, так зарубежных корифеев. Вот что он в частности пишет:

«Король готов Филимер, сын великого Гадариха, после выхода с острова Скандзы, пятым по порядку держал власть над гетами и, как мы рассказали выше, вступил в скифские земли. Он обнаружил среди своего племени несколько женщин-колдуний, которых он сам на родном языке называл галиуруннами. Сочтя их подозрительными, он прогнал их далеко от своего войска и, обратив их таким образом в бегство, принудил блуждать в пустыне. Когда их, бродящих по бесплодным пространствам, увидели нечистые духи, то в их объятиях соитием смешались с ними и произвели то свирепейшее племя, которое жило сначала среди болот, - малорослое, отвратительное и сухопарое, понятное как некий род людей только лишь в том смысле, что обнаруживало подобие человеческой речи. Вот эти-то гунны, созданные от такого корня, и подступили к границам готов. Этот свирепый род, как сообщает историк Приск, расселившись на дальнем берегу Мэотииского озера, не знал никакого другого дела, кроме охоты, если не считать того, что он, увеличившись до размеров племени, стал тревожить покой соседних племен коварством и грабежами.» («Гетика»)

Напомню вскольз, что Иордан был христианином, а следовательно под женщинами-колдуньями он имел в виду, скорее всего, жриц языческих богов, которые вступили в конфликт с королем готов. Надо полагать, что у ведуний было немало сторонников, которые ушли вместе с ними. Таким образом единственный логический и вполне реалистический вывод из вышеприведенных высказываний Иордана будет таким: после того как готы вступили на землю Скифии между ними произошел раскол, спровоцированный религиозным конфликтом. Следовательно изначально готы и гунны либо были единым племенем, либо входили в один межплеменной союз.
Следует отметить так же, что Дионисий Периегет и Птоломей действительно упоминают гуннов, но помещают их в Поднепровье, западнее русаланов. Возникает резонный вопрос, каким образом гунны прошли от китайской границы до берегов Днепра, не потревожив при этом аланов. Ведь военные столкновения между аланами и гуннами начнутся только через двести лет, при этом гунны будут атаковать аланов не с востока, а с севера. Римский историк 4 в. Марцеллин прямо пишет:

«Племя гуннов, о которых древние писатели осведомлены очень мало, обитает за Меотийским болотом в сторону Ледовитого океана и превосходит своей дикостью всякую меру.» («Римская история»)

Меотийским болотом греки и римляне называли Азовское море. Следовательно гунны жили где-то в Волго-Окском междуречье, на территории нынешней Москвы и Московской области, где, если верить Геродоту, обитали в его время (5 век до н.э.) гелоны и будины. (Читайте статью «Великоросы» ) И где находилась столица гелонов город Гелон или Голунь более поздних источников. Согласно «Велесовой книге» Голунь была столицей Русалании и пала она в результате войны с готами. (Читайте статью «Русалания» ). В отечественных средневековых источниках гелоны упоминаются как голядь, а Иордан называет их голдескифами. Напомню, что Русалания была образована выходцами с южного берега Балтики ругами-венедами, вытесненных со своих земель готами.
Русаланы на протяжении почти восьмидесяти лет успешно противостояли готам, но, в конце концов, потерпели поражение. И эта победа позволила готам прорваться в Северное Причерноморье. Однако на этом борьба между готами и русаланами не закончилась, она продолжалась вплоть до гуннского нашествия, успех которого во многом и предопределила. (Читайте статью «Готы» , размещенную в этом разделе).

То, что славяне входили в гуннский союз не отрицает никто из историков, да и трудно это отрицать в свете откровений византийского посла Приска (средина 5 в н. э.), записавшего несколько слов, употребляемых воинами гуннского вождя Аттилы: «мед», «квас», «страва» (поминальная трапеза у славян). Более того весь уклад жизни Аттилы и его окружения, тоже описанный Приском, оказался настолько схожим со славянским, что даже упертые славянофобы не рискнули это отрицать. Конечно, в состав гуннского союза входили финно-угорские племена и их знать играла в этом союзе немаловажную роль, но языком окружения гуннского вождя был язык гелонов-гольтескифов, то есть по сути великоросов. (Вообще-то слово «великороссы» принято, бог знает почему, писать с двумя «с», однако я предпочитаю употреблять одну, поскольку «рос» это всего лишь грекоизированный вариант слова «рус»). Кстати, имя «Аттила», которое принято считать либо тюркским, либо угорским вполне созвучно таким именам как Аттал (римское) и Аталав (готское) и на поверку может оказаться славянским именем «Вадислав», что означает «вадить», то есть зачаровывать славу, или «Владислав». Вот как описывает свой визит к гуннам византиец Приск:

«Переправившись через какие-то реки, мы приехали в огромное селение, в котором, как говорили, находились хоромы Аттилы, более видные, чем во всех других местах, построенные из бревен и хорошо выстроганных досок и окруженные деревянной оградой, опоясывавшей их не в видах безопасности, а для красоты. За царскими хоромами выдавались хоромы Онегесия, также окруженные деревянной оградой; но она не была украшена башнями подобно тому, как у Аттилы…
При въезде в эту деревню Аттилу встретили девицы, шедшие рядами под тонкими белыми и очень длинными покрывалами; под каждым покрывалом, поддерживаемым руками шедших с обеих сторон женщин, находилось по семи и более девиц, певших скифские песни; таких рядов женщин под покрывалами было очень много. Когда Аттила приблизился к дому Онегесия, мимо которого пролегала дорога к дворцу, навстречу ему вышла жена Онегесия с толпой слуг, из коих одни несли кушанья, другие - вино (это величайшая почесть у скифов), приветствовала его и просила отведать благожелательно принесенного ею угощения. Желая доставить удовольствие жене своего любимца, Аттила поел, сидя на коне, причем следовавшие за ним варвары приподняли блюдо (оно было серебряное). Пригубив также и поднесенную ему чашу, он отправился во дворец, отличавшийся высотой от других строений и лежавший на возвышенном месте.» («Готская история» )

Это что, по-вашему, быт степняков-кочевников? А где кобылье молоко, в смысле кумыс? А где кибитки на колесах? Где знаменитые юрты? Конечно, Аттила мог заставить покоренных славян построить ему хоромы, но почему эти хоромы деревянные, а не каменные? Объяснение этому только одно – гуннская знать, включая Аттилу, привыкла жить именно в деревянных теремах и не собиралась менять своих привычек, даже переместившись из Волго-Окского междуречья в Придунавье.

Согласно Васильевой собственно гунны изначально были участниками готского движения от берегов Балтики к берегам Черного моря. И вот что она пишет по этому поводу:

«Этим движением были охвачены многие народы Центральной Европы, и, похоже, гунны были самым западным из них. В самом деле, «гуннами» называлось в древности одно из племен Фрисландии; все имена вождей гуннов - европейские, кельтского типа. Историко-эпическая традиция Западной Европы всегда считала гуннов «своими», в отличие от славян. Так, памятник германского эпоса, «Сага о Тидреке Бернском», описывает гуннов вполне дружески, Аттила изображен положительным героем и назван выходцем из Фрисландии; в то же время русские в этой саге выступают как основные противники гуннов и «германцев». Такими же «положительными» гунны выступают и в «Песни о Нибелунгах»…» («Евразийская история скифов»)

Причем под именем русов в «Саге» скорее всего выступают руги и русаланы, под именем гуннов выходцы из Гольдескифии, смешавшиеся к этому времени с фрисландцами, а под именем «германцев» - потомки скифов венеды, говорившие на славянских языках и заселявшие во время «Великого переселения народов» всю Центральную Европу. К этому же периоду восходит и русский былинный эпос, претерпевший конечно же за века своего бытования существенные изменения. (Читайте статью «Земля словен» , размещенную на этом сайте). По сути дела причиной готского и гуннского «нашествий» в Европу явилась гражданская война в Великой Скифии, носившая в своей завершающей фазе религиозную подоплеку.

Начало ей положили готы, приплывшие из далекой «Скандзы» на берега Вислы. Их натиск вынудил ругов отступить к Дунаю и Днепру. Часть из них осела на границе Римской империи, где возникла Дунайская Русь или Ругия, а другая часть во главе с Кием сместилась к Днепру, где образовало государство или если угодно племенной союз, в который кроме ругов вошли местные племена сполов (полян), росомонов (сарматов) и гольдескифов (великоросов). Это государство, получившее название Русалания, довольно успешно противостояло готам в течение почти целого века, но, в конце концов, потерпело поражение. Видимо, именно в это время пали Голунь и Воронежец, упоминаемые в Велесовой книге. Скорее всего, в это же время от Русалании отпала Гольдескифия, где утвердились гунны, союзники готов в войне с русаланами. Трудно сказать, где именно проходила граница между русаланами и гуннами, но в любом случае и те и другие изначально были вассалами Готской империи. Судя по археологическим данным, русаланы вынуждены были сместиться к северо-западу, где частично смешались с венедами. Что касается гуннов-фрисландцев, то за двести лет они окончательно растворились среди гольдескифов, подчинив между делом своей власти финно-угорские племена, заселявшие как лесную так и степную зону Поволжья. Это тем проще было сделать, что большая часть этих племен уже входила в состав Русалании и новой державе гуннов они достались по наследству.

Конечно, мне могут возразить, что есть и другие свидетельства историков, в частности Марцеллина, которые рисуют и самих гуннов и их образ жизни самыми черными красками. Вот вам, пожалуйста, образец:

«Так как при самом рождении на свет младенца ему глубоко прорезают щеки острым оружием, чтобы тем задержать своевременное появление волос на зарубцевавшихся надрезах, то они доживают до старости без бороды, безобразные, похожие на скопцов. Члены тела у них мускулистые и крепкие, шеи толстые, они имеют чудовищный и страшный вид, так что их можно принять за двуногих зверей, или уподобить тем грубо отесанным наподобие человека чурбанам, которые ставятся на краях мостов.
При столь диком безобразии человеческого облика, они так закалены, что не нуждаются ни в огне, ни в приспособленной ко вкусу человека пище; они питаются корнями диких трав и полусырым мясом всякого скота, которое они кладут на спины коней под свои бедра и дают ему немного попреть.
Никогда они не укрываются в какие бы то ни было здания; напротив, они избегают их, как гробниц, далеких от обычного окружения людей. У них нельзя встретить даже покрытого камышом шалаша. Они кочуют по горам и лесам, с колыбели приучены переносить холод, голод и жажду. И на чужбине входят они под крышу только в случае крайней необходимости, так как не считают себя в безопасности под ней.
Тело они прикрывают одеждой льняной или сшитой из шкурок лесных мышей. Нет у них разницы между домашним платьем и выходной одеждой; один раз одетая на тело туника грязного цвета снимается или заменяется другой не раньше, чем она расползется в лохмотья от долговременного гниения.
Голову покрывают они кривыми шапками, свои обросшие волосами ноги – козьими шкурами; обувь, которую они не выделывают ни на какой колодке, затрудняет их свободный шаг. Поэтому они не годятся для пешего сражения; зато они словно приросли к своим коням, выносливым, но безобразным на вид, и часто, сидя на них на женский манер, занимаются своими обычными занятиями. День и ночь проводят они на коне, занимаются куплей и продажей, едят и пьют и, склонившись на крутую шею коня, засыпают и спят так крепко, что даже видят сны. Когда приходится им совещаться о серьезных делах, то и совещание они ведут, сидя на конях. Не знают они над собой строгой царской власти, но, довольствуясь случайным предводительством кого-нибудь из своих старейшин, сокрушают все, что попадает на пути.» («Римская история»)

Все это напоминает описания монголо-татар, которыми грешат европейские авторы в соответствующую эпоху. Особенно в данном случае умиляет одежда, сшитая из шкурок лесных мышей.
Знаете чем Приск отличается от Марцеллина? Приск разведчик, посланный византийским императором с довольно паскудной целью – устранить вождя гуннов. Однако заговор был раскрыт и Приску ничего другого не оставалось, как вернуться ни с чем восвояси. Его отчет не был предназначался для широкого круга читателей. По сути его записки, это донесение императору о путешествии в стан врага, у Приска нет причин ни хвалить гуннов, ни ругать их. Он просто делает свою работу. Что касается Марцеллина, умершего к слову в 390 году, то он работал для широкой публики. Причем живого гунна он в глаза не видел, поскольку последние десятилетия своей жизни провел в Риме. Гуннов он описывал со слов «очевидцев», а у страха, как известно, глаза велики. Естественно всем нам хочется, чтобы наши враги сплошь были уродами, а наши соратники - сплошь писаными красавцами. В жизни, однако, бывает по всякому.

Поводом к войне между готами и гуннами, по моему мнению, стало убийство верховным правителем готов Германарехом своей жены Сунильды. Видимо, в глазах не только русаланов, но и гуннов это означало по сути акт отречения от религии предков, ибо жена вождя у всех племен Великой Скифии была олицетворением земли. (Подробнее об убийстве Сунильды читайте в статье «Готы» ). Нет, совсем не случайно Иордан упомянул о колдуньях, породивших гуннов. Речь наверняка идет о жрицах скифских-сарматских-славянских богинь, пользовавшихся кстати сказать большим влиянием в языческую эпоху и даже располагавшими своими воинскими формированиями, состоящими из женщин. (Подробнее о ведуньях богини Лады вы можете прочесть в моем романе «Золото императора»).

В ходе первого этапа этой войны гуннам удалось разгромить союзников готов аланов и создать плацдарм для атаки на Готию на левом берегу Дона. Этот этап потребовал от гуннов немалого напряжения сил. Начался он в 360 году, а закончился в 370 году. Разгромленные, но не сломленные аланы частью укрылись в крепостях, расположенных в предгорьях Кавказа, частью перебрались в Готию, на правый берег Дона. Именно на этом донском рубеже готы, похоже, собирались остановить гуннов, собрав для этой цели очень мощную армию.
Однако гунны во главе с царем Баламбером в 371 году совершили глубокий обход – из Тамани они переправились в Крым и через Перекоп ворвались в тылы противника. Обширная империя Германариха моментально рассыпалась, как карточный домик. Все племена и народы, ее составлявшие, даже вестготы и гепиды, при первом же крупном поражении вспомнили старые обиды и вышли из-под ее контроля, знать больше не желая остготского короля. Разогнав врагов в Северном Причерноморье, гунны завоевали и города Боспора. Известно, что в 375 г. Германарих совершил самоубийство, пронзив себя мечом, но промежуток между разгромом готов в 371 г. и этой датой в хрониках остается незаполненным. Судя по всему, часть остготов отступила к Дунаю. Другие попытались обрести опору в союзе с русаланами. Для русаланов этот союз оказался роковым. Значительная часть остготов после смерти Германареха переметнулась к Баламберу и объединенными усилиями они сокрушили остатки некогда мощной державы Кия. Русаланы вслед за готами отступили к Дунаю. Разумеется, уходила прежде всего знать. Земледельцам и скотоводам по большей части бежать было некуда, поэтому отсидевшись в лесах они потихоньку возвращались к родным пепелищам. При этом надо учитывать следующее обстоятельство: ни для готов, ни для русаланов, ни для дунайских славян гунны отнюдь не были чужаками. Все они были людьми одной веры и придерживались сходных обычаев. Отсюда неожиданные союзы и переходы из стана в стан. Отсюда же совпадение готских, гуннских и славянских имен, кажущееся кому-то странным и которому историки, придерживающиеся «монгольской» версии происхождения гуннов, не могут дать внятного объяснения.
Согласно «Велесовой книге» Русалания пала от сговора готов с гуннами. Что скорее всего соответствует действительности и подтверждается археологическими данными: именно к 4 в. относится окончательная гибель лесостепной Черняховской культуры, которая и по времени возникновения, и по распространению, и по другим признакам совпадает с существованием Русалании. Раскопки показывают следы ее жестокого разгрома, и какие-то остатки культуры сохраняются только в лесах.

«Покончив с северными противниками, Баламбер обратился на запад, где вестготы и примкнувшая к, ним часть остготов с аланами готовились защищаться на рубеже Днестра, Но между собой они очень не ладили, своих сил не объединили и расположили армии независимо друг от друга. Гунны этим, разумеется, не преминули воспользоваться. В 376 г.- видимо, уже учитывая чувствительность готов к обходам и окружениям,- отряд гуннов ночью переправился через Днестр в незащищенном месте и ударил по тылам. Расчет оказался верным - опять возникла паника. Часть готов бросились за Дунай и попросили убежища у римлян. Император Валент II согласился, но поставил условием для тех, кто еще не был крещен, поголовное крещение по арианскому обряду, сторонником которого он являлся. Другая часть во главе с Атанарихом укрепились в лесах между Прутом и Днестром, А гепиды, обитавшие в Дакии, предпочли войти в союз с Баламбером.» (Шамбаров. «Когда оживают легенды»)

Таким образом, позиции империи на Крымском полуострове были серьезно ослаблены, чем не преминули воспользоваться готы. Варвары, участвовавшие в событиях на Дунае, вскоре появились в Крыму. С собой они принесли захваченные в сражениях с римлянами трофеи. Один из варваров закопал у современного с. Долинное Бахчисарайского района 119 римских серебряных монет, серебряную фибулу и стеклянный сосуд. По каким-то причинам он так и не вернулся за своим имуществом, и только в 1971 г. при прокладке нового русла р. Качи, клад был извлечен на поверхность земли. Самые последние монеты из клада датированы 251 г., т. е. в Крыму готы появились в этом году или несколько позже.

Поздним скифам не удалось оказать готам достойного сопротивления. Их поселения были разрушены, а жители перебиты или захвачены в плен. Затем готы напали на Боспор. Некоторые боспорские города понесли от варваров серьезный ущерб. Не помог даже ловкий ход царя Рескупорида IV (242/243 — 276/277 гг.), взявшего в соправители Фарсанза, вероятно, вождя одного из живших поблизости иранских племен, заключившего с боспорцами антиготский союз.

Готы пришли на Боспор отнюдь не в поисках земель для поселения. Варвары хорошо понимали стратегическое значение этих мест: отсюда можно было совершать походы против богатых городов и провинций, находившихся на побережье Черного моря. Для таких походов весьма пригодился бы боспорский флот, потому что своего у готов не было. Германцы силой принудили Рескупорида предоставить им корабли вместе с командами. Вероятно, у боспорского царя просто не было другого выхода — победить готов самостоятельно он не смог, а на помощь Рима рассчитывать было нельзя. Так Боспор стал базой, откуда на протяжении третьей четверти III в. германцы совершили ряд набегов на римские провинции.

Целью первого похода (255/256 г.) стал богатый город Питиунт в Восточном Причерноморье. Осада крепости не принесла ожидаемых результатов, и готы, разграбив неукрепленные окрестные поселения, вернулись на Боспор. Через год они совершили новый поход, захватили Питиунт и другие близлежащие города. В 264 г. готы на кораблях достигли южного берега Черного моря, отсюда совершили молниеносный переход в глубь Малоазийского полуострова, опустошили римские провинции Каппадоккию и Вифинию и вернулись на Боспор с богатой добычей. В 268 г. жившие в Крыму готы поучаствовали в организованном коалицией различных германских племен, обитавших в Северном Причерноморье, походе против римских провинций на западном берегу Понта. В результате этой экспедиции были опустошены огромные территории и разграблены десятки городов. В 276 г. готы отправились в новый поход, на этот раз снова против малоазийских провинций. Однако теперь им противостояли отборные отряды римской армии. В сражении с ними варвары были разбиты. Довершил разгром возвращавшихся на Боспор готов царь Тейран (275/76 — 278/79 гг.). Ему удалось восстановить Боспорское царство в прежних пределах и наладить дружественные отношения с Римской империей. В это же время римские императоры нанесли несколько поражений дунайским варварам и таким образом ликвидировали готскую угрозу. Теперь римляне получили возможность возобновить свое военное присутствие на Крымском полуострове. В конце III в. в Херсонесе вновь появляется римский гарнизон. Потерпевшие поражение в борьбе с империей готы расселились в Северном Причерноморье и Крыму.К началу войн с Римом готы были язычниками. Они поклонялись различным божествам, олицетворявшим силы природы. Верховным богом был повелитель грома и молнии Тор. В III в. среди населения Римской империи быстро распространялось христианство. Во время походов в Малую Азию германцы захватили множество пленных, в числе которых были и христиане. От этих пленных новую религию восприняли и крымские готы. Через некоторое время понадобилось упорядочить деятельность церкви в их владениях. С этой целью в 400 г. патриарх Константинопольский, знаменитый Иоанн Златоуст, принял решение создать отдельный церковный округ — епархию. Первым епископом готов стал Унила.

Постепенно христианское вероучение распространилось и среди жителей Боспора и Херсонеса. Вероятно, не последнюю роль в этом процессе сыграли контакты с христианами-готами. Первая христианская община возникла на Боспоре в первой четверти IV в. Когда в 325 г. в мало-азийском городе Никее для решения спорных богословских вопросов был созван первый Вселенский собор, в нем принял участие и представитель боспорских христиан епископ Кадм. В V в. христианство было уже официальной религией Боспорского царства: изображения креста помещали на надписях царей и высших государственных чиновников.

В Херсонесе первые христиане столкнулись со значительными трудностями. В течение IV в. большая часть населения города оставалась язычниками. В христианство переходили в основном представители городской верхушки, рассчитывавшие получить за это различные привилегии от покровительствовавших христианам византийских властей. В 381 г. епископ Херсонский, Эферий, участвовал во втором Вселенском соборе в Константинополе. Попытка крестить жителей города насильственным образом была предпринята при императоре Феодосии I (379-395гг.). Этот император стремился обратить в христианство все подвластное ему население. Поэтому когда преемник Эферия, Капитон, начал искоренять в Херсонесе язычество, большую помощь оказали ему присланные императором в город войска. По легенде, для того, чтобы доказать правоту христианского вероучения, Капитон вошел в горящую печь и вышел оттуда невредимым. Пораженные язычники тут же приняли решение креститься, правда, не вполне понятно, что в большей степени побудило их к этому решению, ведь пока Капитон совершал свое чудо, византийские солдаты взяли в заложники детей херсонеситов. Легенды о жизни и деятельности первых христиан Херсонеса гораздо позже, в VII или VIII в., были переработаны и легли в основу так называемых «Житий епископов Херсонских». Память о «подвиге епископа Капитона» сохранилась среди жителей города. При раскопках Херсонеса обнаружены остатки храма VI в., построенного над печью для обжига извести, в которую, как считали херсонеситы, входил Капитон. Окончательно христианство утвердилось в городе в конце V-VI вв., в первую очередь благодаря усилиям византийской администрации.

Во второй половине IV в. правитель остроготов Германарих объединил различные племена и основал обширное государство, получившее название «державы Германариха». В ее состав входили многочисленные племена варваров, обитавших в Северном Причерноморье, в том числе и жившие в Крыму германцы. Просуществовало новое объединение очень недолго, уже в середине 70-х гг. IV в. готы потерпели поражение в борьбе с пришедшими с востока гуннами.

Гунны сформировались в степях, расположенных к западу и северу от границ Китая.

В I в. н. э. начинается миграция гуннов на запад, а к 70-м гг. IV в. они достигли пределов Восточной Европы. Гунны принадлежали к монголоидной расе и говорили на одном из языков тюркской группы. Основой хозяйства гуннов было кочевое скотоводство, немалая роль отводилась военной добыче.

Появление гуннов в Европе стало началом эпохи Великого переселения народов, эпохи, когда огромные массы варваров стали массово вторгаться в пределы Римской (позднее — Византийской) империи в поисках мест для поселения. Гунны стали катализатором этого процесса. Их нашествие в Европу вызвало своеобразный «эффект домино» — одни варвары начинают сгонять других с обжитых мест. Вот что писал по этому поводу современник: «... А о каких огромных сражениях и о каких представлениях о сражениях мы узнали! Гунны восстали на аланов, аланы на готов, готы на тайфалов и сарматов. Даже и нас [римлян] ... сделали... изгнанниками из отечества, и нет конца...».

Легкая кавалерия гуннов наводила ужас на современников. Гунны принесли с собою новые типы оружия и снаряжения, новую (вернее, хорошо забытую старую) тактику ведения боя. Каждый взрослый мужчина был воином, всегда готовым к битве, поэтому подготовка к войне не занимала у гуннов много времени. Внезапность нападения позволяла гуннам заставать врагов врасплох. В битву они вступали клинообразным строем и, если обратить противника в бегство сразу не удавалось, использовали притворное отступление, чтобы завлечь врага в засаду. До начала рукопашной схватки гунны издали осыпали противника градом стрел. Они принесли в Европу лук нового типа, склеенный из нескольких кусков дерева и усиленный дополнительными костяными накладками. Такая конструкция лука позволяла поражать цель на очень больших расстояниях и использовать крупные и тяжелые наконечники стрел, пробивавшие любые доспехи. В ближнем бою сражались метательными копьями, мечами и арканами, которыми опутывали врага, лишали его подвижности, сбрасывали с коня или сбивали с ног.

Сам внешний вид гуннов (на фото), их характерный для монголоидов облик изумлял европейцев. Не случайно популярностью пользовалась легенда о том, что гунны были потомками колдуний, изгнанных из одного готского племени, и вступивших в связь с болотными духами. Недоумение вызывал образ жизни кочевников, не имевших «даже покрытого тростником шалаша», вечно двигавшихся по степи вслед за своими большими стадами. Христианские писатели с отвращением описывали религию гуннов — идолопоклонников, которые, если им надо было получить предсказание относительно будущего, приносили в жертву животных и гадали по внутренностям или по положению прожилок на обскобленных костях. Все эти факты и привели к тому, что в средневековой литературе сложилось очень своеобразное представление о гуннах как о свирепых, безжалостных, невежественных язычниках, у которых не было родины, государственной власти, представлений о чести и бесчестии, а само слово «гунны» стало нарицательным.

Гунны пришли в северопричерноморские степи двумя путями. Одна их группа двигалась вдоль восточного и северного берега Азовского моря. По пути они столкнулись с жившими на берегах Танаиса (Дона) аланами. Многие аланы пали в сражении, а остальные были вынуждены заключить с гуннами договор и присоединиться к ним. Следующей жертвой гуннов стало государство Германариха. По легенде, готский вождь покончил с собой, убедившись в том, что сражение с гуннами проиграно. Племена остроготов подчинились гуннам, сохранив своих племенных вождей и внутреннее самоуправление, но обязавшись во всем поддерживать кочевников во внешней политике и предоставлять им союзное войско. Везеготы бежали на запад, переправлялись через Дунай и поселились на территории Римской империи.

В то время, как одни гунны устанавливали свое господство в северопричерноморских степях, другие занялись завоеванием Крыма. Перебравшись через Керченский пролив (говорят, что путь им показал то ли бык, преследуемый оводом, то ли спасавшаяся от охотников лань), они, не вступая в сражение, покорили Боспорское царство. Вероятно, силы боспорских правителей были в то время ограничены, а потому они предпочли признать верховенство гуннов и уплатить им дань. Население предгорного Крыма оставило обжитые места и бежало в труднодоступные горные районы. Возможно, некоторые из крымских алан присоединились к гуннам. Большая часть полуострова обезлюдела и стала местом кочевий гуннского племени альциагиров.

Херсонесу удалось избежать опасности, причем немалую помощь городу оказала Римская империя, выделившая деньги на ремонт городских стен. В течение V в. римляне расселяют на подступах к Херсонесу готов и алан, заключивших с Римом союз и обязавшихся охранять город в обмен на землю и периодическую денежную помощь. Таких варваров римляне и византийцы называли «федератами». Вероятно, императоры прекрасно понимали стратегическое значение Херсонеса и не хотели терять свой последний форпост в Северном Причерноморье.

В середине V в. вождь Аттила объединил многочисленные племена гуннов и их союзников и объявил войну Риму. В нескольких сражениях римляне были разгромлены, но в 453 г. Аттила внезапно умер. Вскоре после этого его держава распалась, и многие гунны предпочли вернуться в Северное Причерноморье. В Крым переселилось племя утигуров.

Византийские императоры не оставляли надежды постепенно восстановить свое влияние на Крымском полуострове. Для достижения этой цели использовали различные способы — от подкупа гуннских вождей и стравливания различных племен между собой до пропаганды христианства. С точки зрения византийцев варвары, принявшие новую религию, автоматически становились подданными империи. Поэтому регулярно отправлявшиеся в кочевья гуннов миссионеры пользовались покровительством византийских властей. Один из таких проповедников убедил принять христианство и стать вассалом императора Юстиниана I (527 — 565 гг.) вождя гуннов, живших на Боспоре, по имени Горд. К тому времени Боспорское царство уже не существовало — вероятно, в конце концов, оно было уничтожено гуннами.

Посетившему Константинополь Горду была оказана большая честь — сам император стал его крестным отцом. Затем Горд отбыл на родину. В боспорских городах (разумеется по согласованию с гуннским вождем) были размещены византийские войска. Заключение договора с империей вызвало недовольство многих влиятельных гуннов, в особенности жрецов, опасавшихся того, что правитель-христианин не будет считаться с их авторитетом. Был составлен заговор, к которому примкнул и брат Горда. Поводом к выступлению стала попытка гуннского вождя уничтожить языческих идолов. Убив Горда, гунны напали на боспорские города, разрушили их, а византийских солдат перебили. Узнав об этих событиях, Юстиниан отправил на Боспор части регулярной имперской армии. Гуннов прогнали, Боспор вошел в состав Византии.

При Юстиниане I положение Византии в Крыму чрезвычайно усилилось. Император прекрасно понимал, что распри между самими гуннами способны защитить северные рубежи Византии едва ли не лучше, чем самые надежные крепости и отборные войска. Поэтому он не гнушался подкупать гуннских вождей и натравливать одно племя на другое. В результате ему удалось обезопасить свои владения в Крыму от нападений варваров. В 70-х гг. VI в. в степях Северного Причерноморья появляется новое объединение кочевников — восточных тюрок, или тюркютов. Уцелевшие в усобицах гуннские племена быстро смешались с тюркютами.

Энциклопедия «Достопримечательности Крыма»

В III в до не в земле. Северного. Причерноморья с поволжско-приуральских степей пришли сарматы. Уже в 11-1 вв до не они полностью занимали степи между. Доном и. Днепром, а иногда их поселения достигали нави ить. Южного. Буга и. Дуная. Название"сарматы"происходит от иранского слова -"саоромант", что означает"опоясанный мечом"По легенде, записанной. Геродотом, сарматы происходили от браков скифов с амазонками - бесстрашными женщина-ми-воинами. Сарматские женщины умели ездить верхом не хуже мужчин, владели оружием и вместе с ними ходили в походы. В военном деле сарматы отличались от скифов еще большего ю жестокостью и непреклонностьюфів ще більшою жорстокістю і непохитністю.

. Когда они появляются конными отрядами, никакой другой строй им не может сопротивляться

. Тацит

Основным занятием сарматов было кочевое скотоводство. Они разводили крупный рогатый скот, овец, лошадей. Кроме того, охотились на степных зверей и птиц, ловили рыбу, занимались ремеслами

конце I в н е образовался большой союз племен, возглавляемый сарматским племенем аланов. Конец аланском господству в южноукраинских землях положили в III в германские племена готов, а во второй й половине IV в - гун- гуни.

Готы

В III в свое господство в. Северном. Причерноморье установили германские племена готов, образовав здесь. Готскую государство - гетики. Столицей государства готов было так называемое"Днепрово город", которое находилось п вблизи одного из порогов. Днепра (недалеко от нынешнего с. Башмачка. Запорожской области). Закрепившись в. Северном. Причерноморье, готы начали свою военную экспансию на. Балканы и. Малую. Азию наиболее й мощи и силы политическое объединение готов достигло в середине IV в н е при правлении короля. Германариха (332-375 гг). Под конец правления. Германариха началась неудачная для готов война с племенами а нтив. После смерти готского короля военную спор с антами продолжил его наследник. Винитарий. Именно он в 375 г коварно убил антов князя. Божа с сыновьями и 70 старейшинами. Но уже на следующий года готы были разгромлены кочевыми племенами гуннов, которые поддержали антов в их борьбе против готского государства. После этого сокрушительного поражения гетики как государство быстро упадок. Большая часть населения я перешла в наддунайськи земли, меньше - осталась на территории. Крымского полуостроворії. Кримського півострова.

Гунны

После победы над готами гунны вскоре захватили огромные территории от. Дона до. Дуная. Они разрушили греческие колонии в. Причерноморье, покорили племена готов, аланов, славян. В правление. Аттилы (это ер V в) государство гуннов контролировала огромные пространства от. Рейна до. Волги. И только после поражения в. Каталаунских битве (451 г) гунны наконец были остановлены. Каталаунских поражение подорвала могущество гунс ькои империи. После смерти в 453 г царя. Аттилы его держава распалась, а гунны постепенно рассеялись среди местных народех народів.

. Одеваются они в полотняные рубашки или шкуры, питаются сырым мясом и корнями

. Аммиан. Марцилин

На смену гуннам пришли новые волны тюркских кочевых племен, что, пересекая. Причерноморья, рвались за. Дунай, в богатых европейских стран

Авары и болгары

В VI в в. Северном. Причерноморье появились орды аваров. Они напали на антов, опустошили их земли. Борьба оказалась очень изнурительной, и антский племенной союз распался (602 г)

Еще одну угрозу для славян в это время составляли нападения булгар (болгар). Часть булгар осела на. Каме и. Волге, создав здесь государственное образование (Волжскую. Болгарию), а другая, пройдя через территорию совр ного Украина, осела в восточной части. Балканского полуострова, основав крепкое государство -. Дунайскую. Болгарию. В ее состав вошли земли южных славян, культура которых превышала культуру перемож этиів.

Хазары

Хазары пришли из. Азии и основали большое государство - каганат, которая достигла в VIII в наибольшего могущества. Хазары были воинственным народом, покоривший многие племена: аланов, радимичей, вятичей, полян, с северян форме зависимости покоренных племен была уплата дани. Столицей. Хазарского каганата было м. Итиль на. Нижней. ВолгеВолзі.

Печенеги

конце IX в в южнорусских степях появились новые кочевники - печенеги, основным занятием которых, кроме скотоводства, были грабительские набеги на соседние племена и страны течение 915-1036 гг. Р. Русь воевала с ними 16 раз, не считая мелких стычек 972 г хан. Куря у. Днепровских порогов разбил отряд. Святослава и сделал из княжеского черепа чашу для питтпиття.

В 1036 г жена. Ярослава. Мудрого разгромила под стенами. Киева печенежскую орду и отбросила ее в бескрайние степи

Половцы

Выйдя в IX в с территорий современной. Киргизии и. Казахстана, половцы вытеснили печенегов - сначала из. Приуралья, а в первой половине XI в - и из. Причерноморья. Первый удар половцев на. Русь приходится на 60-е годы XI в. К началу XIII в половцы совершили 46 больших походов на. Руса. Русь.

В разные времена. Русь не только воевала с кочевниками, но и имела с ними мирные отношения и даже торговала. Когда с 60-х гг XI в половцы начали теснить печенегов, то часть из них отошла за. Дунай. С разрешения киевского князя они заняли малозаселенные земли. Поросья и. Южной. Переяславщины. Русичи называли эти тюркские племена по цвету их шапок черными клобукамуками.

Летописи сохранили сведения о полутора десятка русско-половецких брачных союзов. На половчанках, например, были женаты. Олег. Святославич (внук. Ярослава. Мудрого, основатель династии. Ольжича),. Изясла ав. Давидович,. Всеволод. Ольгович,. Юрий. Владимирович (Долгорукий), в. Всеволода и. Святослава. Ольговича половчанках была мать, у. Игоря и. Всеволода. Святославича - и мать, и бабка (отчество).

Кочевые народы оставили заметный след в истории Украины протяжении веков они влияли на развитие украинских земель, на формирование материальной и духовной культуры населения страны. Государственные образования я киммерийцев, скифов, сарматов, готов существовали еще до IV в н н.е.

В таблице подается информация о времени проживания кочевых народов в южнорусских степях и об их государственные образования

В гуннах обыкновенно видят тюркский народ сюнну или хьюнг-ну (Huing-nu), упоминаемый в китайских хрониках еще за несколько столетий до Р.Х. Под натиском империи Хань гунны якобы постепенно откочевывали из Внутренней Азии на запад, включая покоренные народы - угров, монголов, тюркские и иранские племена - в свою орду. Около 370 г. они переправились через Волгу, разгромили аланов и затем набросились на остроготов.

Этой точки зрения придерживаются главным образом ученые «евразийской» школы для иллюстрации своих концептуальных построений. Однако письменные источники и археология говорят, что исторические судьбы сунну оборвались в начале н. э. где-то на территории Средней Азии. Все первое столетие н. э. - это эпоха непрерывного упадка некогда могущественного племенного объединения. Голод, бескормица и внутренние распри привели к тому, что в середине I в. держава сюнну, охватывавшая Южную Сибирь, Монгольский Алтай и Манчьжурию, распалась. Часть сюнну откочевала на запад, в некую страну «Канцзюй» (предположительно на территории Киргизии). Здесь один их отряд численностью в 3000 воинов, возглавляемый шаньюем Чжи-Чжи, был разгромлен китайцами и полностью уничтожен (убито 1518 человек и попало в плен свыше 1200). Другие орды сюнну, мигрировавшие в этот район, в течение I в. были подчинены племенным союзом сяньби. Характерно, что источники ничего не сообщают о дальнейшем продвижении сюнну на запад. Бегут «неизвестно куда» только их вожди - шаньюи, а основная масса племени остается на месте. Так, наиболее крупая орда сюнну, насчитывавшая 100 000 кибиток, после своего поражения в 91 г. «приняла название сяньби», то есть влилась в это племенное объединение. Археологических памятников сюнну западнее Средней Азии не обнаружено. Таким образом, родство гуннов и сюнну/хьюнг-ну основывается евразийцами исключительно на некотором сходстве их имен. Поэтому правы те исследователи, которые полагают, что «их отождествление (с народом хьюнг-ну. - С. Ц.), некритично принимаемое многими учеными... в действительности не обосновано и противоречит данным лингвистики, антропологии и археологии…» [Свод древнейших письменных известий о славянах. Составители: Л. А. Гиндин, С. А. Иванов, Г. Г.Литаврин. В 2-х т. М., 1994. Т. I, 87-88].

Вопрос об этнической и языковой принадлежности гуннов доныне остается дискуссионным. Я придерживаюсь мнения, что европейские гунны IV-V вв. должны быть отождествлены с племенем хунну, о котором уже в середине II в. писал Птолемей, помещая его на территорию «между бастарнами и роксоланами», то есть значительно западнее Дона, вероятно, где-то между Днестром и Средним Поднепровьем. По всей видимости, эти хунны принадлежали к угро-финской языковой семье. В языках некоторых уральских народов слово «гун» или «хун» означает «муж», «человек» [Кузьмин А. Г. Одоакр и Теодорих. В кн.:Страницы минувшего. М., 1991, с. 525]. Но хуннская орда была, конечно, неоднородна по своему этническому составу. Скорее всего к середине IV в. хунны подчинили себе угорские и булгарские племена Подонья и Поволжья. Это племенное объединение и получило в Европе название «гунны».

Вторжение гуннов в Северное Причерноморье и Крым было подобно падению камня, вызвавшему сход горной лавины. Военное преимущество гуннам обеспечивала их тактика. В начале сражения, избегая рукопашного боя, они кружили вокруг противника и осыпали его стрелами до тех пор, пока вражеские боевые порядки не приходили в полное смятение, - и тогда решительным ударом собранных в кулак конных масс гунны довершали разгром; в рукопашном бою они орудовали мечами, «нисколько не помышляя о себе», как замечает Аммиан Марцеллин. Их стремительное вторжение застало врасплох не только римлян, но и племена Северного Причерноморья . Современники в связи с этим единогласно пишут о «внезапном натиске», «внезапной буре» и уподобляют гуннское нашествие «снеговому урагану в горах».

В 371 г. гунны ворвались во владения готского короля Эрманариха. Ряд раннесредневековых авторов, в том числе Иордан и Прокопий Кесарийский, приводят в связи с этим забавный случай, который помог гуннам проникнуть в Крым. Однажды гуннская молодежь охотилась на оленей на берегу Мэотиды (Азовского моря) и прижала одну самку к самой воде. Неожиданно она бросилась в воду и пересекла море вброд, увлекая за собой охотников. На другом берегу, то есть уже в Крыму, она исчезла, но гунны не огорчились: ведь теперь они узнали то, о чем раньше и не подозревали, а именно, что в Крым, к остроготам, можно попасть, минуя хорошо охраняемый Перекопский перешеек. Вернувшись к сородичам, охотники сообщили о своем открытии, и гунны всей ордой вторглись в Тавриду по пути, указанному им животным. История с оленихой, если это, конечно, не легенда, могла произойти только в одном месте - в Сивашском заливе, через который с севера на юг тянется Арабатская стрелка - узкая и длинная коса, на севере очень близко подходящая к берегу моря. Это еще раз подтверждает, что остроготов атаковали хунны Птолемея, а не сюнну, пришедшие из-за Волги, которые в таком случае должны были появится в Крыму со стороны Тамани.

Королевство остроготов было превращено гуннами в груду развалин, население подверглось массовой резне, сам престарелый Эрманарих в отчаянии покончил с собой. Большинство остроготов отступило на запад, к Днестру; оставшиеся признали власть гуннов, и только небольшой части остроготов, укрепившейся на Керченском полуострове удалось сохранить свою независимость (их потомки были известны под именем готов-трапезитов* еще и в XVI в.).

* Трапезунтом в древности называлась гора Чатырдаг в южном Крыму; Иордан знает также крымский город Трапезунт, разрушенный гуннами.

Именно здесь, в степном лагере Аттилы, мы слышим первое славянское слово, долетевшее до нас из бездны времен. И обозначает оно - о, Русь, это ты! - хмельной напиток. Приск, один из участников византийского посольства 448 г. к Аттиле, рассказывает, что по пути к лагерю гуннов посольство останавливалось на отдых в «деревнях», жители которых поили послов вместо вина питьем, называемым по-туземному «медос», то есть славянским мёдом. К сожалению, Приск ничего не говорит об этнической принадлежности гостеприимных и хлебосольных жителей «деревень», но этот отрывок из его сочинения можно сопоставить с более поздним известием Прокопия Кесарийского о том, что войска ромеев переправлялись через Дунай, чтобы поджечь деревни славян и разорить их поля. Стало быть, этническая принадлежность задунайских соседей не была для византийцев тайной.

Другое славянское слово донес до нас Иордан. Он рассказывает, что после смерти Аттилы его труп был выставлен посреди степи в шатре, и всадники, объезжая его кругом, устраивали нечто вроде ристаний, оплакивая его в погребальных песнопениях, в которых превозносились подвиги покойного. «После того как он был оплакан такими рыданиями, - пишет Иордан, - они устраивают наверху его кургана великое пиршество, которое они сами называют страва, и, сочетая в себе поочередно противоположное, выражают похоронную скорбь, смешанную с радостью, и ночью труп, тайно скрытый в земле, окружают покровами - первый из золота, второй из серебра, третий из прочного железа... И, чтобы такие богатства были сохранены от человеческого любопытства, они, вознаградив гнусностью, уничтожили предназначенных для этого дела, и мгновенная смерть с погребенным последовала для погребавших».

Иордан прав лишь отчасти, приписывая убийство устроителей могилы Аттилы стремлению гуннов скрыть место погребения своего предводителя. Точнее, перед нами - древний обычай убийства слуг вождя для сопровождения его в загробный мир. Например, Менандр под 576 г. сообщает, что в день погребения правителя Западного Тюркского каганата Дизабула были убиты кони умершего и четверо пленных, которых как бы послали в загробный мир к усопшему, чтобы рассказать ему о совершенной в его честь тризне. Как часть похоронного ритуала для знати, этот обычай зафиксирован также у русов еще в начале X в.

Несмотря на то, что описание похорон Аттилы имеет этнографические параллели в погребальных обрядах не только кочевников, но и вообще многих народов древности, - термин «страва» (strava) в смысле «погребальное пиршество, поминки» известен только в славянских языках. Так, в польском и чешском он имеет значение «пища». Возможно, гунны заимствовали его у славян вместе с какими-то чертами, обогатившими их собственный погребальный обряд [Свод, I, с. 162-169].

Сознавая слабость обоих частей разделенной Римской империи, Аттила вел себя как подлинный повелитель мира. С ножом у горла он требовал от западного и восточного императоров выполнения всех своих требований и даже капризов. Однажды он велел византийскому императору Феодосию отдать ему богатую наследницу, на которую зарился один из его воинов: насмерть перепуганная девушка спаслась бегством, но Феодосий, чтобы предотвратить войну, был вынужден найти ей заместительницу. В другой раз Аттила потребовал от западноримского императора Валентиниана священные сосуды, спасенные епископом города Сирмия при разграблении гуннами этого города. Император ответил, что такой поступок будет с его стороны святотатством и, пытаясь удовлетворить алчность гуннского вождя, предложил вдвойне оплатить их стоимость. «Мои чаши - или война!» - ответил Аттила. В конце концов, он захотел получить от Феодосия баснословную дань, а от Валентиниана - его сестру Гонорию и половину империи в качестве приданого. Встретив от того и другого отказ в своих притязаниях и будучи, кроме того, взбешен попыткой одного из членов посольства Приска отравить его, он решил атаковать сразу обоих своих врагов. Два гуннских посланника в один день предстали перед Феодосием и Валентинианом, чтобы сказать им от имени своего повелителя: «Аттила, мой господин и твой, приказывает тебе приготовить дворец, ибо он придет».

Средневековые изображения Аттилы

И он действительно пришел в страшный 451 год. Потрясенные современники уверяют, что его приход возвестили кометы, лунное затмение и кровавые облака, посреди которых сражались призраки, вооруженные пылающими копьями. Люди верили, что наступает конец света. Аттила виделся им в образе апокалипсического зверя: одни летописцы наделяли его головой осла, другие свиным рылом, третьи лишали его дара слова и заставляли издавать глухое рыканье. Их можно понять: это было уже не нашествие, а потоп, Германия и Галлия исчезли в водовороте людских масс, конных и пеших. «Кто ты? - кричит Аттиле святой Лу (St. Loup) с высоты стен Труа. - Кто ты, разметавший народы, как солому, и ломающий короны копытом своей лошади?» - «Я Аттила, Бич Божий!» - звучит в ответ. - «О, - отвечает епископ, - да будет благословен твой приход, Бич Бога, которому я служу, и не я остановлю тебя».

Помимо гуннов Аттила привел с собой булгар, аланов, остроготов, гепидов, герулов, часть франкских, бургундских и тюрингских племен; современные источники умалчивают о славянах, однако не приходится сомневаться, что они присутствовали в качестве вспомогательных отрядов в этой разноплеменной орде. По словам Иордана, гунны держали во власти весь варварский мир.

Аэций

И все же на этот раз «Гесперия» устояла. Полководец Аэций, последний из великих римлян, противопоставил гуннской орде коалицию германских племен - гибнущую цивилизацию должны были отстаивать варвары. Знаменитая Битва народов произошла в июне 451 г. на обширных Каталаунских полях в Галлии, близ современного Труа (в 150 км восточнее Парижа). Ее описание современниками напоминает рагнарёк - последнее грандиозное побоище богов в германской мифологии: 165 тысяч убитых, ручьи, вздувшиеся от крови, обезумевший от бешенства Аттила, кружащийся вокруг гигантского костра из седел, в который он намеревался броситься, если бы неприятель ворвался в гуннский лагерь... Противникам так и не удалось сломить друг друга, но спустя несколько дней Аттила, не возобновив сражения, увел орду назад в Паннонию. Солнце античной цивилизации замедлило свой кровавый закат.

Битва на Каталаунских полях. Средневековая миниатюра

На следующий год Аттила опустошил Северную Италию и, обремененный добычей, снова вернулся в придунайские степи. Он готовился нанести удар по Византии, но в 453 г. внезапно скончался, на другой день после свадьбы с германской красавицей Ильдико, которую молва обвиняла в отравлении «Бича Божьего» и «осиротителя Европы». Впрочем, Ильдико вряд ли была новой Юдифью. Скорее всего, как об этом свидетельствует Иордан, Аттила умер во сне от удушья, вызванного часто случавшимся у него носовым кровотечением. После его смерти гуннская империя быстро распалась. Вскоре, потерпев поражение от готов на реке Недао, гунны ушли из Паннонии назад в южное Поднепровье и на , низовьев Днестра и среднего течения Днепра.