Лавка смирдина. Книжная лавка Смирдина

В том же году, когда была закончена перестройка Адмиралтейства, в Петербурге произошло еще одно событие. Не столь заметное, как возведение архитектурного памятника в центре столицы, и какого-либо значения ему не придали не только члены августейшей фамилии, не только рядовые обыватели, но и люди пишущие, работающие во славу русской литературы. Вряд ли кто-нибудь предполагал тогда, что в развитии российской культуры начинается новый этап, имя которому даст скромный, но расторопный и честный приказчик в книжной лавке на набережной Мойки, 70.

Александр Филиппович Смирдин.

В 1823 году он стал хозяином книжной лавки и продолжателем дела Василия Алексеевича Плавильщикова.

«Из всех книгопродавцев того времени имя Плавильщикова отличается наибольшими заслугами в области просвещения, - писал М.И. Пыляев. - Ему принадлежит слава основателя первой русской библиотеки для чтения: до него книги для чтения можно было получать от книгопродавцев не по выбору читателей, а по воле последних, которые и выдавали книги испорченные или старые». «По словам современников, его магазин представлял «тихий кабинет муз, где собирались ученые и литераторы делать справки, выписки и совещания, а не рассказывать оскорбительные анекдоты и читать на отсутствующих эпиграммы и сатиры». Все почти литераторы безденежно пользовались его библиотекой, даже и после его смерти (1823 год, 14 августа), по духовному завещанию (1). Открытие этой одной из первых русских библиотек, ставшей по-настоящему широкодоступной, было большим культурным событием не только для Петербурга, но и для всей России (2). В 1820 году его библиотека насчитывала семь тысяч книг (4).

Описание книг библиотеки Плавильщикова (1820 г.) с ежегодными добавлениями явилось первым в России опытом текущей библиографической регистрации (3).

Плавильщиков развернул в Петербурге большое книгоиздательское дело. За 30 лет им было выпущено более 300 книг и периодических изданий (3).

В 1813 году Плавильщиков открыл книжную лавку рядом с Публичной библиотекой на Садовой, 18, в 1815 году перевел ее на Мойку, 70. Здесь у него и работал приказчиком А.Ф. Смирдин. «…честностию, аккуратностию, знанием дела и умением обращаться с покупателями, - вспоминает современник, - Смирдин приобрел расположение Плавильщикова, который и сделал его главным приказчиком и управляющим магазином». А с 1823 года, после смерти хозяина, Смирдин взял на себя дела, принял все долги Плавильщикова и его книжный магазин (5).

В 1832 году Смирдин со своей лавкой переехал на Невский (в дом № 22), что тогда значило то же, что и сегодня.

Лавка стала располагаться в двух этажах левого флигеля лютеранской церкви Святого Петра. Новая лавка на Невском, по отзывам современников, была великолепна - просторный книжный магазин на первом этаже и большой светлый зал библиотеки на втором (6).

В конце 1831 года «Северная пчела» писала: «…А.Ф. Смирдин захотел дать приличный приют русскому уму и основал книжный магазин, какого еще не бывало в России. Лет около пятидесяти перед сим для русских книг даже не было лавок. Книги хранились в подвалах и продавались на столах, как товар из ветошного ряда. Деятельность и ум незабвенного в летописях русского просвещения Новикова дали другое направление книжной торговле, и книжные лавки основались в Москве и Петербурге по образцу обыкновенных лавок. Покойный Плавильщиков завел наконец теплый магазин (см. Примечание 1) и библиотеку для чтения... Наконец, г. Смирдин утвердил торжество русского ума и, как говорится, посадил его в первый угол: на Невском проспекте, в прекрасном новом здании, принадлежащем лютеранской церкви Св. Петра, в нижнем жилье находится книжная торговля г. Смирдина. Русские книги, в богатых переплетах, стоят горделиво за стеклом в шкафах красного дерева, и вежливые приказчики, руководствуя покупающих своими библиографическими сведениями, удовлетворяют потребность каждого с необыкновенною скоростью. Сердце утешается при мысли, что наконец и русская наша литература вошла в честь и из подвалов переселилась в чертоги. Это как-то одушевляет писателя. В верхнем жилье, над магазином, в обширных залах устраивается библиотека для чтения, первая в России по богатству и полноте. Все напечатанное по-русски находится у г. Смирдина, - все, что вперед будет напечатано достойного внимания, без всякого сомнения, будет у г. Смирдина прежде, нежели у других, или вместе с другими. Там же принимается подписка на все журналы».

Сам Александр Филиппович «с лица был человек постоянно серьезный, как говорится, сосредоточенный, никогда не видали его смеющимся или даже улыбающимся, чрезвычайно привязанный к своему делу и трудолюбивый до смешного. Бывший приказчик его (впоследствии книжный торговец), Федор Васильевич Базунов, рассказывал, что Александр Филиппович подчас своею ненужною деятельностью очень надоедал приказчикам и мальчикам. Обыкновенно большая часть книжных торговцев не выходили в свои лавки торговать по воскресеньям, он же приказывал отпирать свой магазин и в воскресенье; должны были являться, конечно, и приказчики и мальчики, и когда случалось так, что решительно в магазине делать нечего, то он прикрывал груды книг, лежавших в одном углу магазина, без всякой цели переносил в другой, стряхнув только с них предварительно пыль» (7).

Книжная лавка и библиотека Смирдина стали настоящим литературным клубом. Здесь собирались писатели и любители литературы, обсуждались литературные новости, велись жаркие споры.

Смирдин решил торжественно отпраздновать 19 февраля 1832 года новоселье своего магазина и библиотеки и объединить за праздничным столом виднейших литераторов столицы. Собралось около пятидесяти человек. Стол накрыли в большом зале второго этажа. Пушкин сел рядом с Крыловым. С другой стороны от Крылова сидел Жуковский. Напротив Пушкина оказались Булгарин и Греч - издатели «Северной пчелы». После обеда собравшиеся литераторы решили общими усилиями составить альманах «Новоселье А.Ф. Смирдина».

Альманах увидел свет через год. На его обложке красовалась литография, изображавшая книжную лавку. Но особенно интересной была виньетка, представлявшая праздничный обед у Смирдина. Авторы виньетки - художник А.П. Брюллов и гравер С.Ф. Галактионов постоянно сотрудничали в изданиях Смирдина, знали многих литераторов (5).

По мнению В.Г. Белинского, выход «Новоселья» ознаменовал начало нового периода русской словесности, который «можно и должно назвать Смирдинским; ибо А.Ф. Смирдин является главою и распорядителем сего периода. Все от него и все к нему; он одобряет и ободряет юные и дряхлые таланты очаровательным звоном ходячей монеты; он дает направление и указывает путь этим гениям или полугениям, не дает им лениться, - словом, производит в нашей литературе жизнь и деятельность» (8).

Книги «Новоселья» явились как бы прообразом начавшего выходить в 1834 году смирдинского журнала «Библиотека для чтения» и во многом предопределили его судьбу. Это был первый в России толстый журнал. Его популярность, особенно в первые годы, когда в нем еще печатались Пушкин, Жуковский, Крылов, Языков, Баратынский и другие видные писатели, была очень высока, а тираж невиданный (5 и даже 7 тысяч). Этот журнал, ориентировавшийся на провинциального читателя, сыграл свою роль в истории русской журналистики (9).

…Все изложенное выше - пожалуй, самые известные факты биографии А.Ф. Смирдина, их изложение кочует из книги в книгу. Гораздо меньше в литературе рассказов о собственно деятельности книгоиздателя и уж совсем в тени остается последний, тяжелый период его жизни. Словно этот человек так и остался в том торжественном дне за одним столом с Пушкиным и не было в его судьбе ничего иного, кроме новоселья книжной лавки на Невском и альманаха «Новоселье» едва ли не в каждом доме, где читали книги…

Но жизнь длинна и состоит, увы, не из одних радостей и побед… Хотя начиналось все действительно триумфально.

«При нем не существовало, как ныне, затруднений к изданию какой-нибудь полезной книги, каждая могла быть напечатана и иметь верный сбыт, - писала в 1857 году «Библиотека для чтения». - Он предлагал или напечатать на его иждивение, с выручкой затраченной на издание суммы из продажи самой книги, или, если книга была напечатана, покупал издание ее вполне или частично и сам раздавал ее другим книгопродавцам на безусловный кредит».

Благодаря деятельности Смирдина Петербург сделался средоточием, своеобразным гегемоном издательского дела. «…в публике образовалось мнение, что только петербургские книги хороши», - отмечал Ксенофонт Полевой. - «Постепенно приучил он русских читателей к изданиям исправным, красивым, а литераторов - к уверенности, что каждый добросовестный труд их будет вознагражден по достоинству. Наконец, было так, что, когда на заглавном листе находились слова: издание А. Смирдина, книга имела ход, потому что от этого издателя всегда можно было ожидать чего-нибудь дельного, любопытного, хорошо издаваемого» (7).

Историки признают: крупной заслугой Смирдина было расширение книжного рынка, ориентированного на широкие читательские массы. Раньше книжная торговля была по преимуществу «столичной» (за исключением лубочной литературы и литературы «лакейских») и рассчитывалась главным образом на дворянские и чиновные слои. Смирдин же увеличил емкость читательского рынка за счет провинции, адресуясь к поместному читателю.

Другой крупной реформой Смирдина было снижение цен книги за счет увеличения тиражей и придачи изданиям коммерческого характера (7).

Имя Смирдина связано с введением гонорара в русский писательский быт. Гонорары существовали и до Смирдина в виде единичных случаев, но массовым, закономерным явлением не были. Эпоха же Смирдина делает это явление закономерным, своеобразно «канонизирует» литературный гонорар (7).

В продолжение своей деятельности Смирдин издал различных сочинений более чем на десять миллионов рублей ассигнациями, выплатил писателям за право издания 1 370 535 рублей почетного вознаграждения Он издал труды более 70 русских писателей (7). Среди изданий Смирдина - сочинения Пушкина, Гоголя, Жуковского, П.А. Вяземского, Баратынского, Крылова и других.

Два первых издания «Истории Государства Российского» Карамзина вышли в основном еще при жизни автора. К концу 20-х - началу 30-х годов, когда издательское дело Смирдина набрало силу, «Истории…» Карамзина уже не было в изобилии на книжном рынке, и продавцы брали за нее с нуждавшихся в ней 120 и даже 150 рублей. Купив за большие деньги у наследников Карамзина право на издание его 12-томной «Истории…» и напечатав ее в достаточном количестве, Смирдин стал продавать новое издание по 30 рублей ассигнациями. «Дешевизна и доступность книг распространяли возможность и такую охоту к чтению, какой у нас прежде не бывало и не могло быть, а без содействия благодетельного для бедных писателей книгопродавца может быть и долго бы еще не появлялось», - писал В.Т. Плаксин (9).

Деловые отношения связывали Смирдина со многими писателями, кого сегодня мы именуем классиками. Но отдельной строкой (образно говоря) хотелось бы поведать о взаимоотношениях Смирдина с Пушкиным.

Впервые сотрудничество поэта со Смирдиным началось еще в 1827 году, когда книгопродавец приобрел право на переиздание «Бахчисарайского фонтана», а затем и «Кавказского пленника», «Руслана и Людмилы». В апреле 1830 года Пушкин поручил своему другу П.А. Плетневу от его имени заключить со Смирдиным договор, по которому ему на четыре года уступались права на все вышедшие в свет сочинения поэта. В свою очередь Смирдин обязался в течение этих лет, начиная с 1 мая 1830 года, ежемесячно выплачивать Пушкину по 600 рублей ассигнациями. В литературных кругах поговаривали, что Смирдин рассчитывается с поэтом по червонцу золотом за строку. И это было похоже на правду. Когда в «Библиотеке для чтения» появился пушкинский «Гусар», Смирдин заплатил две тысячи рублей - деньги огромные по тому времени (2).

В 1830-х годах Смирдиным были полностью куплены первое издание «Бориса Годунова», тиражи третьей и четвертой частей «Стихотворений» Пушкина». У Смирдина вышли первое полное издание «Евгения Онегина» и две части «Поэм и повестей».

Высоко ценивший талант Пушкина и гордившийся знакомством с ним, Смирдин платил поэту самые высокие гонорары и сыграл исключительную роль в распродаже и популяризации его произведений независимо от того, кем они были изданы.

Доброе отношение к Пушкину Смирдин сохранил и после его кончины. В одном из писем Тургенев сообщал: Смирдин говорил, что после дуэли Пушкина он продал на 40 тысяч его сочинений, особенно Онегина. Искренним почитателем и активным распространителем Пушкина, стремившимся действенно помочь его осиротевшей семье, оставался «благородный книжник» и позже. Он покупает изданный в пользу семьи поэта «Современник», покупает у Опекунского совета трагедию «Каменный гость» и прозаический отрывок «Гости съезжались на дачу». В феврале 1839 года от той же опеки он принимает 1700 нераскупленных экземпляров «Истории Пугачевского бунта». Самое активное участие принимает Смирдин и в распространении восьмитомного издания сочинений Пушкина, изданном опекой в 1837-1838 годах. Вместо обусловленных договором 1500 он продал 1600 экземпляров… (10).

А время шло, и вслед за подъемом книгоиздательству и одному из лучших его представителей предстояло пройти через кризис и спад, причины которых пока не очень понятны.

Расцвет книжной торговли в 1830-е годы в начале 1840-х сменился эпохой ее резкого упадка. С этого времени дела книгопродавцев пошатнулись, и они один за другим начинают разоряться.

Стремясь помочь Смирдину, петербургские литераторы издают в его пользу трехтомный сборник «Русская беседа» (1841 - 1843). Первая книга содержала обращение к читателям с призывом помочь издателю. Но появление сборника мало облегчило его положение.

Но и в черные свои дни Смирдин не переставал быть деятельным, борясь за свое любимое дело, за право служить книге. Одной из его инициатив были организованные им в 1843 и 1844 годах две книжные лотереи, принесшие ему около 150 тысяч рублей, едва ли не целиком ушедшие на погашение долгов.

Дела Смирдина шли все хуже и хуже. Ему пришлось продать свой большой дом на Лиговке, лишиться собственной типографии и переплетной. В 1845 году он перестает арендовать дорогое помещение в доме лютеранской церкви и открывает свою более скромную лавку в доме Энгельгардта у Казанского моста. Она была последней и просуществовала лишь около двух лет, закрывшись навсегда в 1846 году. В 1847 году Смирдин расстается со своей знаменитой библиотекой, в которую входило 12 036 названий (9).

Последним усилием Смирдина вырваться из цепких объятий экономического кризиса было предпринятое им издание русских классиков в возможной полноте, в небольшом формате, убористым шрифтом и по неслыханно дешевой для того времени цене. С 1846 до 1856 год Смирдин издал свыше 70 томов. Издание это имело некоторый успех, но выручки не хватило для того, чтобы покрыть его долг, достигавший 500 тысяч рублей ассигнациями (7).

Тогда же, впервые в практике русской книжной торговли, Смирдин организует «Контору издания русских классиков и высылки их иногородним», далекий прообраз «Книги - почтой» (9).

В конце 1851 года книгоиздатель и вся его семья были причислены к потомственным почетным гражданам, только денег на получение из геральдии грамоты о почетном гражданстве у книгоиздателя не было. В 1852 году все оставшиеся у Смирдина книги были по требованию кредиторов описаны. А спустя четыре года произошло самое страшное, чего больше всего боялся Смирдин, - он был объявлен несостоятельным должником.

Год кончины Смирдина - 1857-й - был и годом 50-летия его деятельности на книжном поприще. Петербургские издатели и литераторы намеревались ознаменовать юбилей специально посвященным ему сборником. 6 томов вышли в 1858 - 1859 годах, были посвящены памяти о Смирдине. Какими были доходы от сборника и как они облегчили жизнь семерых детей Смирдина, неизвестно. Некоторые из них в 1860-е годы жестоко бедствовали (9).

…В мае 1995 года в «Санкт-Петербургских ведомостях» была опубликована заметка Геннадия Азина «О Смирдине, его лавке и «Новоселье». Автор предлагал установить на доме № 22 по Невскому проспекту мемориальную доску и, быть может, «замахнуться» на литературный салон и сделать свое «Новоселье» - современных писателей Петербурга - в бывшей лавке Смирдина.

Я не знаю, был ли этот призыв единственным или о Смирдине в связи с 200-летием со дня его рождения вспомнили и другие издания; важно то, что предложение было услышано и доска на доме № 22 установлена.

И теперь, проходя мимо, мы поминаем добрым словом человека, так много сделавшего для развития русской литературы. И не можем не вспомнить о том, что сюда адресовали письма Пушкину те, кто не знал его домашнего адреса: Невский проспект, 22. Книжная лавка Смирдина…

в газете «Центр Плюс» СПб

Примечание 1. Ранее книжная торговля происходила в открытых помещениях. Зимой в таких помещениях было очень холодно, число покупателей падало до минимума. На старых гравюрах книгопродавец часто изображался со стаканом дымящегося чая, который пили для согревания.

Литература:

1. Пыляев М.И. «Старый Петербург» - 1887. М., 1997; 2. Кашницкий И. «Книжные лавки пушкинского Петербурга» - «Блокнот агитатора», 1981, № 30; 3. Щукин А.Н. «Самые знаменитые люди России», том 2 - Москва, «Вече», 1999; 4. Канн П.Я. «Прогулки по Петербургу» - СПб, 1994; 5. Бунатян Г.Г., Чарная М.Г. «Литературные места Петербурга. Путеводитель» - СПб, 2005; 6. «Звездный Петербург» - СПб, 2003; 7. Гриц Т., Тренин В., Никитин М. «Словесность и коммерция. Книжная лавка А.Ф. Смирдина» - М., 2001; 8. Белинский В.Г. Собрание сочинений в трех томах - М., 1948. Т.1, стр. 83; 9. Кишкин Л.С. «Честный, добрый, простодушный. Труды и дни А.Ф. Смирдина» - М., 1995; 10. Кишкин Л. «Благородный книжник» - «Литературная Россия», 18 июня 1982.

Вот и наступил долгожданный март! Все с нетерпением ждут весны и радуются праздникам! А в историческом плане март очень богатый на события месяц.

Это и отмена Александром II крепостного права в 1861 году, и его трагическая гибель в 1881. Это и венчание А.С Пушкина в 1831, и выход в свет полного издания Евгения Онегина в 1833.Это смерть Ивана грозного в 1584 г и рождения Юрия Гагарина в 1934. И многие другие важные события для России произошли в марте. Но я сегодня хочу поговорить о событии не таком значительном, но не менее интересном!

2 марта 1832 (19 февраля по старому стилю) года издатель и книгопродавец Александр Филиппович Смирдин открыл при лучшем в Петербурге книжном магазине на Невском проспекте публичную библиотеку.

Лавка и библиотека располагались в двух этажах левого флигеля лютеранской церкви Святого Петра. Новая лавка на Невском, по отзывам современников, была великолепна – просторный книжный магазин на первом этаже и большой светлый зал библиотеки на втором.

В конце 1831 года «Северная пчела» писала: «…А.Ф. Смирдин захотел дать приличный приют русскому уму и основал книжный магазин, какого еще не бывало в России. Лет около пятидесяти перед сим для русских книг даже не было лавок. Книги хранились в подвалах и продавались на столах, как товар из ветошного ряда. Деятельность и ум незабвенного в летописях русского просвещения Новикова дали другое направление книжной торговле, и книжные лавки основались в Москве и Петербурге по образцу обыкновенных лавок. Наконец, г. Смирдин утвердил торжество русского ума и, как говорится, посадил его в первый угол: на Невском проспекте, в прекрасном новом здании, принадлежащем лютеранской церкви Св. Петра, в нижнем жилье находится книжная торговля г. Смирдина. Русские книги, в богатых переплетах, стоят горделиво за стеклом в шкафах красного дерева, и вежливые приказчики, руководствуя покупающих своими библиографическими сведениями, удовлетворяют потребность каждого с необыкновенною скоростью. Сердце утешается при мысли, что наконец и русская наша литература вошла в честь и из подвалов переселилась в чертоги. Это как-то одушевляет писателя. В верхнем жилье, над магазином, в обширных залах устраивается библиотека для чтения, первая в России по богатству и полноте. Все напечатанное по-русски находится у г. Смирдина, – все, что вперед будет напечатано достойного внимания, без всякого сомнения, будет у г. Смирдина прежде, нежели у других, или вместе с другими. Там же принимается подписка на все журналы».

Сам Александр Филиппович «с лица был человек постоянно серьезный, как говорится, сосредоточенный, никогда не видали его смеющимся или даже улыбающимся, чрезвычайно привязанный к своему делу и трудолюбивый до смешного. Бывший приказчик его (впоследствии книжный торговец), Федор Васильевич Базунов, рассказывал, что Александр Филиппович подчас своею ненужною деятельностью очень надоедал приказчикам и мальчикам. Обыкновенно большая часть книжных торговцев не выходила в свои лавки торговать по воскресеньям, он же приказывал отпирать свой магазин и в воскресенье; должны были являться, конечно, и приказчики, и мальчики, и когда случалось так, что решительно в магазине делать нечего, то он прикрывал груды книг, лежавших в одном углу магазина, без всякой цели переносил в другой, стряхнув только с них предварительно пыль»

Смирдин решил торжественно отпраздновать новоселье своего магазина и библиотеки и объединить за праздничным столом виднейших литераторов столицы. Собралось около пятидесяти человек. Стол накрыли в большом зале второго этажа. Пушкин сел рядом с Крыловым. С другой стороны от Крылова сидел Жуковский. Напротив Пушкина оказались Булгарин и Греч – издатели «Северной пчелы». После обеда собравшиеся литераторы решили общими усилиями составить альманах «Новоселье А.Ф. Смирдина».

Альманах увидел свет через год.

Историки признают: крупной заслугой Смирдина было расширение книжного рынка, ориентированного на широкие читательские массы. Раньше книжная торговля была по преимуществу «столичной» (за исключением лубочной литературы и литературы «лакейских») и рассчитывалась, главным образом, на дворянские и чиновные слои. Смирдин же увеличил емкость читательского рынка за счет провинции, адресуясь к поместному читателю.

Другой крупной реформой Смирдина было снижение цен книги за счет увеличения тиражей и придачи изданиям коммерческого характера.

В продолжение своей деятельности Смирдин издал различных сочинений более чем на десять миллионов рублей ассигнациями, выплатил писателям за право издания 1 370 535 рублей почетного вознаграждения Он издал труды более 70 русских писателей (7). Среди изданий Смирдина – сочинения Пушкина, Гоголя, Жуковского, П.А. Вяземского, Баратынского, Крылова и других.

Доброе отношение к Пушкину Смирдин сохранил и после его кончины. В одном из писем Тургенев сообщал: Смирдин говорил, что после дуэли Пушкина он продал на 40 тысяч его сочинений, особенно «Евгения Онегина». Искренним почитателем и активным распространителем Пушкина, стремившимся действенно помочь его осиротевшей семье, оставался «благородный книжник» и позже. Он покупает изданный в пользу семьи поэта «Современник», покупает у Опекунского совета трагедию «Каменный гость» и прозаический отрывок «Гости съезжались на дачу». В феврале 1839 года от той же опеки он принимает 1700 нераскупленных экземпляров «Истории Пугачевского бунта». Самое активное участие принимает Смирдин и в распространении восьмитомного издания сочинений Пушкина, изданном опекой в 1837-1838 годах. Вместо обусловленных договором 1500 он продал 1600 экземпляров…

Стремясь помочь Смирдину, петербургские литераторы издают в его пользу трехтомный сборник «Русская беседа» (1841 – 1843). Первая книга содержала обращение к читателям с призывом помочь издателю. Но появление сборника мало облегчило его положение.

В конце 1851 года книгоиздатель и вся его семья были причислены к потомственным почетным гражданам, только денег на получение из геральдии грамоты о почетном гражданстве у книгоиздателя не было. В 1852 году все оставшиеся у Смирдина книги были по требованию кредиторов описаны. А спустя четыре года произошло самое страшное, чего больше всего боялся Смирдин, – он был объявлен несостоятельным должником.

Год кончины Смирдина – 1857-й – был и годом 50-летия его деятельности на книжном поприще. Петербургские издатели и литераторы намеревались ознаменовать юбилей специально посвященным ему сборником. 6 томов вышли в 1858 – 1859 годах. Какими были доходы от сборника и как они облегчили жизнь семерых детей Смирдина, неизвестно. Некоторые из них в 1860-е годы жестоко бедствовали.

Нам, потомкам, в память о нем, помимо книг и журналов, осталась мемориальная доска на доме 22 по Невскому проспекту.

Да шуточное, и немного жестокое четверостишье Пушкина!

К Смирдину как ни придешь,
Ничего не купишь,
Иль Сенковского найдешь,
Иль в Булгарина наступишь.

Смирдин , Александр Филиппович , известный книгопродавец-издатель, род. в Москве 21 января 1795 г., умер в Петербурге 16 сентября 1857 г. Тринадцати лет Смирдин определился «мальчиком» в книжную лавку московского книгопродавца П.А. Ильина, а затем служил приказчиком в книжном магазине Ширяева, раньше в Москве. В 1817 г. перешел на службу к петербургскому книгопродавцу П.А. Плавильщикову, который оказывал ему безграничное доверие и вскоре поручил ему ведение всех своих дел. В 1825 г. Плавильщиков умер. Оставленное им завещание предоставляло Смирдину прав, за его службу, купить весь товар книжного магазина, библиотеку и типографию по той цене, по какой он захочет, но глубоко честный Смирдин не воспользовался этим правом, а сделал вызов всех книгопродавцев для оценки имущества Плавильщикова и сам назначил цену выше всех. С этого времени начинается самостоятельная книгопродавческая и вместе с тем издательская деятельность Смирдина (первым его изданием был «Иван Выжигин» Булгарина). Вскоре Смирдин расширил торговлю, переехал из Гостиного двора к Синему мосту, а затем и на Невский проспект, в дом Петропавловской церкви. В это время он был уже в близком знакомстве со многими современными писателями, и на праздновании им новоселья присутствовали Жуковский, Пушкин, Крылов и другие писатели. В память этого праздника был издан сборник «Новоселье» (1833 г.), составленный из произведений гостей на новоселье.

Плодом продолжительной и неутомимой издательской деятельности Смирдина является длинный ряд самых разнообразных изданий: научных книг, учебников, произведений изящной литературы. Смирдин ихдал произведения Карамзина, Жуковского, Пушкина, Крылова и друг., а также некоторых таких писателей, которые, может быть, не были бы никогда изданы, не будь Смирдина. Всего Смирдин издал больше, чем на три миллиона рублей. В 1834 г. он основал журнал «Библиотека для чтения», явившийся самым распространенным журналом своего времени и положивший собою начало так называемым «толстым» журналам; щедрость Смирдина в отношении гонорара привлекла к участию в его журнале лучших современных писателей. Отношение современных писателей к Смирдину носило характер душевной дружбы. Ценя в нем начитанного и образованного во многих отношениях человека, почти все известные писатели его времени постоянно навещали его, проводя целые часы в беседе с ним. Со своей стороны Смирдин, преданный интересам литературы, относился с замечательным радушием к ее представителям и не упускал случая оказать им ту или иную услугу. Каждое хорошее сочинение находило в нем издателя; каждый начинающий талант мог рассчитывать на его поддержку. Довольно продолжительное время издания Смирдина широко распространялись и предприятие его шло успешно, но затем дела его пошатнулись. Причиной этого была его излишняя доверчивость и бескорыстие в торговых оборотах, а больше всего его необычайная щедрость а оплате литературного труда. Так, Пушкину он платил за каждую строчку стихов «по червонцу», а за помещенное в «Библиотеке для чтения» 1834 г. стихотворение «Гусар» заплатил 1200 рублей; Крылову за право издания его басен в количестве сорока тысяч экземпляров Смирдин уплатил 40.000 рублей (ассигнациями). В конце концов он потерял весь накопленный им капитал и пришел к полному разорению. Он был принужден постепенно сокращать, а затем и совершенно прекратить свою книжную торговлю. Обремененный тяжелыми долгами, он терял надежды и прибегал к самым разорительным для себя средствам, затевая то одно, то другое предприятие. В этот период Смирдин затеял, между прочим, издавать сочинения русских писателей, начиная с Ломоносова, Тредьяковского и т. д. в возможной полноте, но в возможно небольшом формате и убористым шрифтом, с тем, чтобы иметь возможность продавать каждый том по дешевой цене. Поддержка правительства, которое разрешило Смирдину устроить в свою пользу лотерею из книг, не спасла его, и он был объявлен несостоятельным должником. Последнее время своей жизни он провел в совершенной нищете. После его смерти петербургскими книгопродавцами был издан «Сборник литературных статей, посвященных русскими писателями памяти покойного книгопродавца-издателя Александра Филипповича Смирдина», в пользу его семейства и на постановку на его могиле памятника. Похоронен Смирдин на Волковом кладбище. Кроме «Библиотеки для чтения» Смирдин с 1838 г. издавал, под редакцией Полевого и Греча, «Сын отечества». Библиография была любимым занятием Смирдина. При его ближайшем содействии Анастасевичем была составлена «Роспись российским книгам для чтения из библиотеки А. Смирдина» (1828–1832 гг.), долгое время служившая единственной справочной книгой по русской библиографии; до самых последних дней жизни Смирдин не переставал составлять дополнения к этой библиографии. Главная заслуга Смирдина, всю жизнь посвятившего бескорыстному служению книжному дела, заключается в удешевлении книг, в достойной оценке литературных произведений, как капитала, и в укреплении прочной связи между литературой и книготорговлей. Его деятельность сыграла значительную роль в истории русского просвещения.

В. Греков (Русский биографический словарь. – СПб.: Тип. В. Демакова, 1904. – Т. : Сабанеев – Смыслов. – С. 646-647)

Годы существования: 1825 - 1857

Описание:

Иллюстрации:

Экслибрис-вензель А.Ф.Смирдина

В магазине Смирдина Обложка альманаха «Новоселье» (гравюра, Галактионов)

Портрет А.Ф.Смирдина и экслибрис, проставляемый на книгах его публичной библиотеки.

Смирдин Александр Филиппович (21 января 1795 - 16 сентября 1857) родился в Москве (ныне улица Бахрушина) в семье торговца полотном Филиппа Сергеевича Смирдина. Отец человека, чья фамилия позже с легкого пера критика Виссариона Белинского даст название целому периоду русской литературы («смирдинский период русской словесности» - статья «Литературные мечтания») по каким-то одному ему ведомым причинам решил не приобщать сына к семейному делу, а, обучив грамоте, определил его (13-ти лет отроду) работать в книжную лавку своего родственника - книжного торговца Ильина.

Затем Смирдин служил приказчиком в книжном магазине Ширяева в Москве. В 1817 перешел на службу к петербургскому книгопродавцу Василию Алексеевичу Плавильщикову , который оказывал ему безграничное доверие и вскоре поручил ему ведение всех своих дел. В 1825 Плавильщиков умер, существуют две версии того, как было составлено духовное завещание купца. По одной - он предложил Александру Филипповичу два варианта: или взять на себя все предприятие, отягченное долгами, которые наследник обязывался выплатить, или же с выгодой для себя продать товар фирмы и отправиться восвояси. Александр Филиппович выбрал первое. По другой версии, Смирдин получил привилегию купить дело Плавильщикова по цене, какую ему самому угодно будет назначить. Как говорит одна литературная легенда, благородный Смирдин не стал пользоваться этим правом, а созвал на совещание-аукцион своих столичных коллег, где и предложил самую большую цену.

С этого времени начинается самостоятельная книгопродавческая и издательская деятельность Смирдина. Первым его изданием был роман «Иван Выжигин» Фаддея Булгарина. Не без веских на то оснований Булгарину «посчастливилось» стать героем многочисленных едких эпиграмм своих великих современников, но по странной иронии судьбы нелюбимый и презираемый многими Булгарин, чья фамилия стала нарицательной со знаком минус в истории русской литературы, написал первый русский авантюрный роман, не замедливший стать первым нашим бестселлером. Похождения главного героя этой книги были изданы большим для тех лет тиражом и так увлекли российского читателя, что мигом были раскуплены и сделали популярным и ее автора, и издателя.

Вскоре Смирдин расширил торговлю - переехал из Гостиного двора к Синему мосту, а затем и на Невский проспект, в дом Петро-Павловской церкви. В это время он был уже в близком знакомстве со многими современными писателями и на праздновании им новоселья присутствовали Жуковский, Пушкин, Крылов и другие писатели. В память этого праздника был издан сборник «Новоселье» (1833) , составленный из произведений гостей, присутствовавших на этом на новоселье и отпечатанный в Типографии А.Плюшара

Плодом продолжительной и неутомимой издательской деятельности Смирдина стал обширный ряд самых разнообразных изданий: научных книг, учебников, произведений изящной литературы - он издал сочинения Карамзина, Жуковского, Пушкина, Крылова и других выдающихся современников, а также некоторых таких писателей, которые, может быть, и не были бы никогда изданы, не будь Смирдина. В 1834 году Смирдин основал журнал «Библиотека для Чтения», явившийся самым распространенным журналом своего времени и положивший собою начало так называемым «толстым» журналам. После смерти Смирдина одно издание подсчитало, что за всю свою издательскую деятельность он выпустил книг на 10 млн руб, при этом около 2 млн ушло на подготовку и печать изданий и около 1,5 млн - на выплату гонораров. Такая неслыханная щедрость, часто граничащая с бескорыстием, по мнению многих, и была одной из причин разорения издателя.

Щедрость Смирдина в отношении гонорара привлекла к участию в его журнале лучших современных писателей и отношение их к Смирдину носило характер задушевной дружбы. Ценя в нем начитанного и образованного во многих отношениях человека, почти все известные писатели его времени постоянно навещали его, проводя целые часы в беседе с ним. Со своей стороны Смирдин, преданный интересам литературы, относился с замечательным радушием к ее представителям и не упускал случая оказать им ту или иную услугу. Каждое хорошее сочинение находило в нем издателя, каждый начинающий талант мог рассчитывать на его поддержку.

Довольно продолжительное время издания Смирдина широко распространялись и предприятие его шло успешно, но затем дела его пошатнулись. Причиной этого была его излишняя доверчивость и бескорыстие в торговых оборотах, а больше всего его необычайная щедрость в оплате литературного труда. Так, Пушкину он платил за каждую строчку стихов «по червонцу», а за помещенное в «Библиотеке для Чтения» за 1834 год стихотворение «Гусар» заплатил 1200 рублей. Всего же, по подсчетам известного литератора, библиографа и историка книги Николая Павловича Смирнова-Сокольского, за годы сотрудничества Александр Филиппович выплатил Пушкину 122 тыс. 800 руб. - почти половину той суммы, что поэт заработал за всю свою жизнь литературным трудом и, при этом, идя ему навстречу буквально во всём - см. Типография Департамента народного просвещения .

Крылову за право издания его басен в количестве сорока тысяч экземпляров Смирдин уплатил 40000 рублей. Сегодня коммерциализация Смирдиным писательской деятельности считается одной из его величайших заслуг, но в XIX веке этот шаг был принят не столь однозначно. Недоброжелатели обвиняли альтруиста Смирдина в том, что он своими неслыханными гонорарами губит русскую литературу, вынуждая творческих людей работать за деньги.

Кроме «Библиотеки для Чтения», Смирдин с 1838 года издавал «Сын Отечества» (под редакцией Полевого и Греча). Библиография была любимым занятием Смирдина - при его ближайшем содействии Анастасевичем была составлена «Роспись российским книгам для чтения из библиотеки А.Смирдина» (1828-1832 гг.), долгое время служившая единственной справочной книгой по русской библиографии. До самых последних дней жизни Смирдин не переставал составлять дополнения к этой библиографии. Главная заслуга Смирдина, всю жизнь посвятившего бескорыстному служению книжному делу, заключается в удешевлении книг, в достойной оценке литературных произведений «как капитала», в укреплении прочной связи между литературой и книготорговлей. Его деятельность сыграла значительную роль в истории русского просвещения.

В 1841-1843 годах свет увидели сборники «Русская беседа, собрание сочинений русских литераторов, издаваемое в пользу А.Ф.Смирдина», - отчаянная попытка отечественных литераторов помочь Александру Филипповичу. В предисловии к первому сборнику - эмоциональная статья В.Г. Белинского, где были и такие строки: «Самый способ обратиться к вспомоществованию одолженной им публики - делает большую честь Смирдину. Он просит у публики не пособия, но внимания к изданию, которое должно доставить ему выгоды, если разойдется все. Русские литераторы сделали свое дело: забыв о всякой парциальности, они спешат соединить в одной книге свои посильные труды. Теперь публике остается заплатить свой долг Смирдину и поддержать славу русского общества» . Впрочем, это благое начинание успеха не имело - публика осталась к нему равнодушна. Помочь Смирдину пыталась и власть, благоволившая к нему и ценившая его заслуги - государство выдало издателю ссуду в 30 тыс. руб. серебром. Но и это не помогает и в 1847 году Смирдин продает часть своего дела - помещение и фонды своей библиотеки - своему доверенному приказчику Петру Ивановичу Крашенинникову , при которой тот открывает уже свой книжный магазин.

В конце концов Смирдин потерял весь накопленный им капитал и пришел к полному разорению. Он был принужден постепенно сокращать, а затем и совершенно прекратить свою книжную торговлю. Обремененный тяжелыми долгами, он не терял надежды уплатить их и прибегал к самым разорительным для себя средствам, затевая то одно, то другое предприятие. В этот период Смирдин затеял издавать сочинения русских писателей, начиная с Ломоносова, Тредьяковского и т. д. в возможной полноте, но в возможно небольшом формате и убористым шрифтом, с тем, чтобы иметь возможность продавать каждый том по дешевой цене. Всего было издано 70 книг 35 авторов. «Полное собрание сочинений русских авторов» оказалось востребованным и быстро разошлось, однако вырученных от серии средств, как и следовало ожидать, на погашение долгов не хватило.

Не помогла даже поддержка правительства, которое и вовсе пошло на беспрецедентный шаг, разрешив Смирдину в 1843 году устроить в свою пользу беспроигрышную лотерею из книг. Лотерейный билет стоил рубль, его обладатель получал право приобрести в книжной лавке Смирдина книги на сумму от 1 до 50 руб., один лотерейный билет был с крупным денежным выигрышем - 1 тыс. руб. Первый тираж книжной лотереи оказался успешным, и в 1844 году Смирдин затеял вторую лотерею. Однако ее билеты так и не были полностью распроданы. Всего же Александру Филипповичу удалось выручить от двух лотерей около 150 тыс. руб. - на покрытие всех его долгов этого катастрофически не хватало и он был объявлен несостоятельным должником. Большая часть его книг перешли купцу Л.И.Жебелеву, но к 1864 году пополнили библиотеку при «земле-вольском» книжном магазине Серно-Соловьевича .

Последние годы жизни издателя и просветителя были печальны. Бедность и безуспешная борьба с неудачами подточили его здоровье. По воспоминаниям современников, душевное состояние Смирдина в это время было крайне тяжелым. Александр Филиппович Смирдин умер 16 (28) сентября 1857 года в нищете и почти полном забвении, ему было 62 года. Издателя похоронили на Волковском кладбище в Санкт-Петербурге. Деньги на памятник, а также на помощь семье просветителя собирали петербургские книготорговцы, затеявшие для этого издание «Сборника литературных статей, посвященных русскими писателями памяти покойного книгопродавца-издателя Александра Филипповича Смирдина» .

Дело Смирдина попытался продолжить его старший сын Александр, наследник того, что осталось от предприятий отца. В 1854 году он вместе с издателем В.Е.Генкелем основал известную фирму А.Смирдин и Ко . На певвых порах Александру что-то удалось, но к началу 1860-х годов разорился и он.

Примечание:

В 1823-1832 годах книжный магазин и библиотека А.Ф.Смирдина располагались на набережной Мойки,63 в доме Гавриловой у Синего моста (здание сохранилось и надстроено). В 1832 они переехали на Невский проспект, дом Лютеранской церкви (здание сохранилось и надстроено).

Издательство прекратило своё существование.

220 лет со дня рождения выдающегося петербургского издателя А. Ф. Смирдина (1795-1857) .

«Сердце утешается при мысли, что, наконец, и русская наша литература вошла в честь и из подвалов переселилась в чертоги. Это как-то воодушевляет писателя», – так писала газета «Северная пчела» по поводу переселения книжной лавки и библиотеки А.Ф. Смирдина в новое, роскошное по тем временам помещение на Невском проспекте в конце 1831 года. А в 1833 году, в память об этом событии, был издан альманах «Новоселье», который В.Г. Белинский назвал «лучшим русским альманахом». Так деятельность Смирдина дала имя еще одному (пятому) периоду русской словесности по классификации Белинского, который в «Литературных мечтаниях» рассуждая о периодизации русской словесности, писал так: «… остаётся упомянуть ещё о пятом, … который можно и должно назвать смирдинским, … ибо А.Ф. Смирдин является главой и распорядителем сего периода». Конечно, этому важному событию предшествовали и другие, не менее важные, и большая часть жизни Александра Филипповича Смирдина.

Кто же он, А.Ф. Смирдин, почему его имя не затерялось среди целого ряда имён деятелей книжного дела, почему именно о нём осталась память? Об этом читателям блога «ВО!круг книг» расскажет Галина Фортыгина, библиотекарь абонемента художественной литературы.

Александр Филиппович Смирдин родился 1 февраля 1795 года в Москве, в семье мелкого торговца полотном. Отец не смог обеспечить сыну образования по недостатку средств и отдал «мальчиком» в лавку московского книгопродавца Ильина. За короткое время «мальчик» добился положения приказчика. Так, начав работать в сфере книжной торговли, Смирдин не изменил своего занятия до самой смерти. Позже состоялась судьбоносная встреча Смирдина с петербургским книгопродавцем В.А. Плавильщиковым, к которому он поступил на службу. Талант, трудолюбие и практическая смекалка привели к тому, что Смирдин, начав работать простым приказчиком в лавке В.А. Плавильщикова, позже стал владельцем книжного дела и развил широкую книготорговую и издательскую деятельность.

Успех Смирдина-издателя начинается с выпуска в 1829 году «нравственно-сатирического романа Ф.В. Булгарина «Иван Выжигин». Огромный по тем временам тираж, около 4 тысяч экземпляров, разошелся за три недели. Это был один из первых в России романов, написанных на материале русского быта, и поэтому воспринимался современниками почти как первый «русский» роман. Процветанию Смирдина содействовало издание поэмы А.С. Пушкина «Бахчисарайский фонтан», имевшей небывалый успех у читателя. В начале 1830-х годов Смирдин приобрёл право на продажу всех ранее вышедших произведений Пушкина, но за это книгоиздатель платил необычайно высокие по тем временам гонорары.

А в конце 1831 года Смирдин сделал новый шаг на поприще книжной торговли – он перевел свою книжную лавку в более просторное помещение на Невском проспекте. Книжная лавка и библиотека для чтения Смирдина на Невском проспекте, против Казанского собора очень скоро стали своего рода литературным салоном, где собирались писатели разных направлений. Пушкин был частым его посетителем и участвовал в открытии в феврале 1832 года. Несколько позднее вместе с Соболевским он сочинил шуточную эпиграмму на завсегдатаев салона:

Коль ты к Смирдину войдешь,

Ничего там не найдешь,

Ничего ты там не купишь,

Лишь Сенковского толкнешь

Иль в Булгарина наступишь

При книжной лавке Смирдин открыл библиотеку, книги в которой можно было брать за небольшую плату. Таким образом, в одном предприятии удачно сочеталось коммерческое и культурное начало. Такая система прекрасно работала, но коммерческий успех не самое главное, такая деятельность Смирдина служила популяризации чтения, в библиотеку стали приходить те люди, чей доход был весьма скромен. Плюс ко всему этому Смирдин создал печатный каталог «Роспись российским книгам для чтения из библиотеки А. Смирдина», сохранивший роль ценнейшего справочника. Этот каталог, изданный в 1828 году, вместе с прибавлениями (в 1829, 1832, 1852 и 1856гг.) всегда был и остаётся одним из основных библиографических справочников по русской литературе предшествующего времени.

Еще одной интересной и важной культурной инициативой А.Ф. Смирдина, имевшей при этом и коммерческий успех, стало издание журнала «Библиотека для чтения». Первая книга нового журнала вышла в январе 1834 года. Это был первый российский толстый энциклопедический журнал, осознанный как литературный факт.

Итак, теперь стало понятно, почему имя А.Ф. Смирдина не затерялось среди целого ряда имён деятелей книжного дела. Вот ещё некоторые факты и итоги.

Благодаря деятельности А.Ф. Смирдина значительно расширился круг российской читающей публики. Качественные, но недорогие благодаря массовым тиражам (3-4 тысячи экземпляров) книги хлынули из столицы в провинцию. Чтение перестало быть уделом людей состоятельных. Благодаря Смирдину, отмечал В.Г. Белинский, «приобретение книг более или менее сделалось доступным и тому классу людей, которые наиболее читают и, следовательно, наиболее нуждаются в книгах».

Выдающуюся культурную роль сыграла и платная библиотека при книжном магазине.

Деятельность Смирдина способствовала популяризации российской словесности. Он издавал Карамзина, Ломоносова, Державина, Пушкина, Гоголя, Крылова, инициировал издание серии «Полное собрание сочинений русских авторов», в рамках которой выпустил свыше 70 томов (небольшого формата)произведений более чем 35 русских писателей, в том числе К.Н. Батюшкова, Д.В. Веневитинова, А.С. Грибоедова, М.Ю. Лермонтова, М.В. Ломоносова, Д.И. Фонвизина, а также императрицы Екатерины II.

Смирдин как издатель первого русского «толстого» журнала «Библиотека для чтения», положил начало существованию в России «толстых» журналов. В.Г. Белинский писал: «До него наша журналистика существовала только для немногих, только для избранных, только для любителей, но не для общества».

А.Ф. Смирдин первым в России ввел постоянную оплату авторского труда.

Итак, в истории Александр Филиппович Смирдин навсегда остался в памяти, как книгоиздатель, совершивший переворот в русской книжной торговле и, как следствие, в русской литературе.

Источники:

Баренбаум, И.Е. История книги: учебник для вузов/ И.Е. Баренбаум.– М.: Книга, 1984.– 248с.;

Закревский, Ю. По следам книгоиздателя Смирдина/ Ю. Закревский// Наука и жизнь.– 2004.– №11.– С. 30–34.

Черейский, Л.А. Современники Пушкина: документальные очерки/ Л.А. Черейский.– Л.: Дет. лит., 1981. 270с.

Обзор подготовлен библиотекарем отдела абонемента художественной литературы Галиной Фортыгиной.