Смерть сергея александровича. Гомосексуализм в семье романовых

Великий князь Сергей Александрович

"Всяк зол глагол" привелось услышать в свой адрес этому человеку. Он был оклеветан не только революционерами, врагами великой национальной России, но и многими представителями высшего общества. Его неутомимо чернили за рубежом, чем особенно прославился германский император Вильгельм II. Но он, помня слова Спасителя: "в мире скорбни будете" (Ин 16. 33), высоко неся имя православного христианина, не воздавал им злом за их беззакония. Мать-Церковь обильно подавала ему свои утешения, и он наслаждался ее святыней. Однако безбожный мир продолжал жестоко преследовать его, и наконец он был зверски убит. Мучеником за правду назвал его духовник Марфо-Мариинской обители о. Митрофан Сребрянский.

Прошли многие годы; наступили и времена переоценки ценностей. Но по-прежнему есть желающие злословить в адрес Великого князя. Мало, очень мало знаем мы о благородстве и душевном изяществе этого человека. Ведь и супружество с Елизаветой Феодоровной для него явилось не очередной удачей баловня судьбы, а наградой за светлость души и целомудрие. Уже за одну только ангельски чистую и беспорочную двадцатилетнюю жизнь в браке он заслуживает самых высоких похвал. Его глубокая искренняя религиозность сразу же покорила сердце Елизаветы Феодоровны.

С ним она совершала первоначальное восхождение к святости. Он же вдохновлял ее к великой любви к нашему Отечеству. "Сергей воспитал меня",- призналась в одном из своих писем Великая княгиня. "Господь дает мне силы,- находим в другом письме,- чтоб никто не смог сказать, что я оказалась недостойной водительства такого истинно благородного мужа и настоящего христианина".

Великий князь Сергей Александрович Романов родился 29 апреля 1857 г. в семье Императора Александра II. Сергей Александрович стал его первым порфирородным сыном. Став Императором, Александр Николаевич усердно молился о рождении сына. О том же проливала молитвы набожная супруга его Мария Александровна. И он и она избрали своим ходатаем перед Господом преподобного Сергия, пообещав назвать его именем сына, если тот появится на свет. У Александра II было восемь детей. Но именно на рождение Сергея Александровича обратил особое внимание святитель Филарет Московский, назвав это событие "знамением на благое". Святитель провидел высокое служение Великого князя.

29 мая ребенка крестили. Восприемником от купели своего маленького брата стал Цесаревич. Порфирородный младенец очень кричал, когда его погружали в воду, помазывали миром и остригали. Но сердце матери-Императрицы радовалось: молитва ее была услышана, мать благодарила Бога. Обед, организованный в связи с крещением, был грандиозным: на нем присутствовали около восьмисот человек.

(А.Ф.Тютчева со своими воспитанниками Великой княжной Марией Александровной и Великим князем Сергеем Александровичем. Петербург. 1862 г.)

В воспитании ребенка Императрица принимала самое непосредственное участие. Когда ребенку было около трех лет, к обязанностям его воспитательницы приступила А.Ф.Тютчева, дочь известного поэта. Глубоко верующая, преданная своей стране, она смогла оказать на Сергея по-настоящему благотворное влияние. Усилиями воспитательницы ребенок был огражден от излишеств - маленького Великого князя учили молиться, а не потакали его сиюминутным прихотям.

Следить за духовным развитием ребенка - вот главная цель в воспитании, которую поставила перед собой и Императрица. Возникший разлад в семейной жизни приближал ее к Богу. Она стремилась именно в те места, где особо ощущалось Его присутствие, находила свое утешение в паломничествах. Маленький сын был при этом неизменно с ней. Чуткий ребенок видел душевные страдания матери - не в самом лучшем обличии представал перед ним мир. В девять лет Сергей потерял дорогого для себя человека, друга Сашу Гагарина. Постепенно маленький Великий князь становился все более замкнутым. Уже очень рано вкусил он сладость молитв. Жизнь становится для него непрестанным хождением в очах Божиих. Слова молитв часто встречаются в его записных книжках. "Глубоко религиозный" - так в дальнейшем напишет о Сергее Александровиче его супруга.

В огромном отцовском дворце юный Сергей занимал всего лишь одну комнату вместе со своим братом Павлом. Главную особенность ее интерьера составляло множество икон. С самыми любимыми из них Сергей никогда не расставался: они были с ним в продолжительных паломнических поездках. Примечательно, что на образе, подаренном Сергею Александровичу в связи с его бракосочетанием, были помещены слова: "Без Мене не можете творити ничесоже". Иконы да еще полумантия преподобного Серафима, полученная Сергеем Александровичем от своей матери, становятся его главным богатством. Другой воспитатель Сергея Александровича, адмирал Д.С.Арсеньев, характеризовал его как очень религиозного, чистого, доброго и благонамеренного. Качества эти прививаются на всю жизнь.

В одном из своих писем А.Ф.Тютчева говорила ему:

Вы не можете себе представить, как в том высоком положении, которое Вы занимаете, находясь у всех на виду, Вам благодарны за чистый, строгий, умеренный образ жизни". Исключительность своего положения, учила она, нужно оплачивать исключительными качествами.

Среди всех преподаваемых предметов на первом месте был, конечно же, Закон Божий. Уроки законоучителя о.Иоанна Рождественского приводили в систему первоначальные религиозные познания, вызывали интерес к сложным богословским вопросам, делали веру все более осмысленной. Умный, мягкий о. Иоанн скрупулезно вел ребенка по ступеням знаний. Уроки другого выдающегося человека, К.П.Победоносцева, дали Сергею Александровичу те необходимые юридические знания, которые ему очень пригодились на посту генерал-губернатора.

Привязанность к гуманитарным наукам определенно возобладала. Бесконечно интересным предстает перед Сергеем Александровичем мир истории. Этим предметом он займется с особым увлечением. Стоит замечания и то, что Великий князь отличался хорошим знанием исторической фактологии. Митрополит Анастасий рассказывает о споре, возникшем между Сергеем Александровичем и Римским папой, в бытность пребывания Великого князя в Ватикане. Спорили о количестве пап с именем Сергий за всю историю христианства. Победителем в этом состязании вышел Великий князь.
Увлечение археологией делает его участником раскопок. Мало-помалу у Сергея Александровича формируется своя историческая коллекция, которая в дальнейшем становится общенародным достоянием.

Сергей и Павел Александровичи.

Сергей Александрович очень хорошо овладел и языками - немецким, английским, французским; неплохо играл на фортепиано. Музыкальный вкус Великого князя был действительно тонким. В 1891 г. он признается в любви к замечательному певческому коллективу:

"Восхищен Синодальным хором, он поет лучше Придворной капеллы, я с удовольствием вижу, что хор с каждым годом совершенствуется"

О многом говорят и его литературные интересы. Чтение всегда заполняло значительную часть досуга Сергея Александровича. Его любимыми писателями становятся Пушкин, Лермонтов, Тютчев, Майков, Фет, Апухтин. Беседы с выдающимися литераторами он считал для себя великой честью. Однажды он написал своему другу Великому князю Константину Романову: "Вообрази, что на днях я провел ночь... с Апухтиным!" Высоко ценя романы Л.Н.Толстого, Сергей Александрович все же отрицательно относился к нему как моралисту и проповеднику. В 1881 г. Великий князь согласился передать Александру III письмо Толстого с просьбой о помиловании цареубийц-первомартовцев, с чем Сергей Александрович сам не был согласен. Что касается Достоевского, то его творчеством Сергей Александрович просто восхищался. Через Сергея Александровича к великой русской литературе в свое время приобщалась и Елизавета Феодоровна, которой он много читал сам. Ее брат Эрнст-Людвиг пишет про Великого князя:

"Он был удивительно начитанным и человеком очень высокой культуры".

Великие князья Сергей и Павел Александрович с воспитателем господином Арсеньевым.

О тонком эстетическом чувстве Сергея Александровича говорит и его знание живописи. Воспитанный с детства в любви ко всему русскому, национальному, Великий князь предпочитает из всех художников В. М. Васнецова - покупает его полотна.

"У него была довольно сильная художественная восприимчивость", - скажет про Сергея Александровича французский посол М. Палеолог.

Сергей Александрович с братом Павлом Александровичем.

Особого упоминания заслуживает его меценатская деятельность. Когда в Москве, на Волхонке, стал создаваться музей изобразительных искусств, Великий князь не только возглавил комитет по его устройству, но и вместе с братом своим Павлом Александровичем принял на себя расходы по строительству зала Парфенона. Современники "отдали должный восторг этому залу дорического стиля,- писал в 1908 г., когда Сергея Александровича уже не было в живых, основатель музея И. В. Цветаев.- Это вышел хороший памятник почившему благодетелю музея". Основателю музея вторит его дочь М. И. Цветаева.

"Слово "музей" мы, дети, слышали неизменно в окружении имен: Великий князь Сергей Александрович, Нечаев-Мальцев... Первое понятно, ибо Великий князь был покровител ем искусств..." - находим в ее автобиографической прозе.

По устоявшейся традиции Великий князь получил и военное образование. В возрасте двадцати лет Сергей Александрович стал участником Русско-турецкой войны. Кавалергардский полк, в котором он служил, входил в Рущукский отряд под командованием Цесаревича (будущего Александра III). Сам Император Александр II отметил в своем Манифесте Цесаревичу заслуги Рущукского отряда: "Все усилия значительно превосходящего численностью неприятеля прорвать избранную Вами позицию в течение пяти месяцев остались безуспешными".

За участие в героической рекогносцировке юный Сергей Александрович был удостоен боевой награды - ордена Святого Георгия IV степени.
22 мая 1880 г. не стало его матери. Живя в Зимнем дворце, Сергей первым оказался у дверей комнаты, где за несколько минут до этого скончалась его мать. Но в комнату не пустили: ждали Государя. Около часа, вместе с родственниками, стоял он и плакал возле дверей комнаты почившей. Ничто не могло восполнить для Сергея потерю столь дорогого человека. Чтобы хоть как-то смягчить боль утраты, он отправляется вместе с братом Павлом в европейское турне. Масса новых впечатлений немного успокаивает его наболевшее сердце.

Но вот новое потрясение: в одной из европейских стран он получает письмо с известием о женитьбе отца на Е. М. Долгорукой. Великий князь воспринимает это как тяжелое оскорбление памяти почившей Императрицы. Вот что пишет по этому поводу А. Ф. Тютчева:

Для них (для Сергея Александровича и Павла Александровича. - В. В.) это был страшный удар, они питали культ памяти ко своей матери, так недавно скончавшейся. Сергей Александрович знал о связи своего отца, но он поставил себе задачу помешать тому, чтобы младший брат его... чего-нибудь узнал об этом. И когда этот юноша узнал о том, что его отец не только женился вторично, но и то, что его теперешняя жена была его любовницей в течение пятнадцати лет и имела от него троих детей... он был так потрясен, что опасно заболел. Тем не менее эти молодые люди... наложили на себя полное молчание. Великий князь Сергей не говорил со мною о браке своего отца. Вообще он производил впечатление человека, глубоко сосредоточенного на своем горе и со страхом избегающего всякого разговора, имеющего какое-либо отношение к печальным событиям последнего времени".

Великий князь Сергей Александрович с женой и братом Павлом.

Однажды он вместе с сестрой своей Марией сопровождал отца в экипаже на прогулке в Царском Селе. Неожиданно в глубине парка Император, попросив остановиться, попрощался с Сергеем и Марией и перешел в другую карету, где находилась Долгорукая вместе со своими детьми. Весь остальной путь они с Марией не только не сказали ни единого слова по поводу поступка отца, но и даже взглядом не обменялись. "Вся волны Твоя навел еси на мя" (Пс 87. 8) - мог бы воскликнуть в те дни Великий князь вслед за псалмопевцем Давидом. Тем более что в начале марта 1881 г. постигло еще одно страшное горе: отца его убили революционеры.

"Душа и сердце - все, все разбито и перевернуто...- писал он,- ужасные впечатления меня уничтожили... Божия воля во всем видна"

Спустя короткое время он признался:

"День похорон был ужасный день! Одно утешение, когда пели "Кресту Твоему..." ...Все кончено, только пустые комнаты да воспоминания о былой счастливой жизни..."

Душевные раны затягивались медленно. В октябре 1881 г. Великий князь Константин Романов утешал Сергея Александровича поэтическими строками:

Но ты, не помня горькой доли,
Как знаменосец в ратном поле,
Иди с хоругвею своей.
Иди вперед, иди смелей

Сергей и Константин. Сергей,Константин, Ольга

Через два месяца, 21 мая, Сергей Александрович вместе с братом своим Павлом оказался в Иерусалиме. Приезд был приурочен ко дню памяти равноапостольного царя Константина и матери его царицы Елены, совершившей хорошо известное всем христианам паломничество в Палестину. Молитвами на Святой Земле, у Гроба Господня, он рассчитывал исцелить свой душевный недуг. Здесь возникает у него желание служить Церкви. Много утешений принес прием и благословение Патриарха Иерофея. Святейший милостиво произвел Сергея Александровича в рыцари Гроба Господня, возложив на него у подножия Голгофы золотой крест с частицами Животворящего Древа. Награда воспринимается им как призыв к активной деятельности на благо Православия. В 1882 г. по его инициативе и под его председательством организуется Императорское Православное Палестинское Общество.

Великий князь Сергий Александрович с супругой Елизаветой Федоровной на освящении русской церкви в Гефсимании

Когда Сергея Александровича уже не будет в живых, на страницах одного из печатных органов отметят его заслуги перед Обществом: "деятельного, благожелательного и заботливого покровителя Православия на Востоке и радетеля нужд русских паломников..."

Троицкий собор и русские паломники в Елизаветинском подворье в Иерусалиме

С 1882 г. начинается его служба в Преображенском гвардейском полку. Через пять лет он будет произведен в генерал-майоры. "Офицеры так преданы ему",- писала в свое время Елизавета Феодоровна. Могло ли быть иначе: ведь он был не только высококультурным, но и честным, добросовестным человеком; переносил наравне со всеми тяготы лагерных сборов и маневров, никому из подчиненных не отдавал предпочтения. Постепенно он постигает всю глубину военного искусства. Когда на военном совете в начале Русско-японской войны встал вопрос о назначении главнокомандующего, Николай II сказал:

"Мой кандидат был бы Великий князь Сергей Александрович, стратегические способности которого я отмечал на маневрах".

Следует заметить, что отношение Николая II к своему дяде было всегда уважительным. 9 апреля 1900 г. Император обратился к Сергею Александровичу с рескриптом следующего содержания: "

"Девять лет тому назад мой незабвенный родитель, желая явить новое доказательство своего неизменного благоволения к первопрестольной столице, призвал Вас встать во главе ее управления. Из года в год при каждом посещении моем Москвы я убеждаюсь в отличном исполнении Вами возложенных на Вас многотрудных обязанностей, в постоянном согласовании Вашей полезной деятельности с даваемыми мною Вам указаниями и в Вашем неустанном стремлении с непоколебимою твердостью следовать предначертаниям, завещанным блаженной памяти Императором Александром III, священным для меня и, как мне хорошо известно, драгоценным для Вас..."

После вступления в брак в жизни Сергея Александровича начинается новая полоса. "У них прелестные отношения,- писал о нем и о Елизавете Феодоровне Великий князь Константин Романов.- Он ежечасно благодарит Бога за свое счастье". Но супруги принадлежали к разным религиям. Очень скоро это обстоятельство стало для Сергея Александровича причиной тайных душевных страданий. Однако ни единым словом он не обмолвился о них. Молясь и веруя, он ожидал того радостного момента, когда душа его супруги озарится светом Православия. Но только спустя семь лет произошло ее присоединение к нашей Церкви.

Незадолго до этого, 26 февраля 1891 г., состоялось назначение Сергея Александровича на пост московского генерал-губернатора. Великий князь Константин Романов записал в своем дневнике:

"Назначение Сергея всеми воспринимается с радостью... Сергей, хотя и мечтал когда-то о своем новом звании как о чем-то несбыточном и недосягаемом, еще не может отдаться чувству глубокой радости: мысль о разлуке с полком его сильно огорчает".

Вел. Князь Сергей Александрович (в центре), принц Александр Баттенбергский (справа) и адъютант В.В.Скарятин

На повозке (слева направо): В.В.Скарятин, принц А.Баттенбергский, Вел.Кн.Сергей Александрович, Д.С.Арсеньев, князь А.А.Суворов.

Он вне себя, писала по поводу этой разлуки его супруга.
Если правление его предшественника князя В.А.Долгорукого было откровенно слабым, то Сергей Александрович намеревается сделать Москву оплотом императорского престола. Уже в первые дни своего генерал-губернаторства Великий князь приступает к напряженной разносторонней деятельности. Чуткая и жалостливая супруга его напишет о нем в письме той поры:

"Он занят вдвойне... Он совсем бледный и худой"

Элла, Сергей, Маша и Дима

Одной из сложных задач, которые взял на себя Великий князь, было отдалить московских рабочих от революционных идей. Для этого он, в частности, поддерживает монархические рабочие организации С.В.Зубатова. В сорок первую годовщину крестьянской реформы Сергей Александрович встает во главе пятидесятитысячной демонстрации рабочих Москвы и следует с ней до памятника Александру III.

Генерал-губернаторство Сергея Александровича было твердым и бескомпромиссным. Убеждения, которые он имел, называли консервативными (С.Ю.Витте определил его даже как ультраретрограда). Однако был он отнюдь не косным, но "способным... на смелую инициативу". По словам Эрнста-Людвига, строго консервативная партия считала Сергея Александровича слишком прогрессивным, так как он желал улучшений, которые им были неприятны; либералы же его просто ненавидели. А о революционерах и говорить не приходится. Национальные пути разрешения сложных вопросов казались ему наиболее предпочтительными. Самое полезное воздействие он оказал на своего брата Александра III, а затем и на племянника, Николая II. Что касается благотворительной деятельности Сергея Александровича, то она была по преимуществу тайной. Брат преподобномученицы Эрнст-Людвиг пишет в своих воспоминани ях: "

"Многим, очень многим людям помог он, но всякий раз в строжайшей секретности"

Но известны и конкретные факты: например, устройство Великим князем детского приюта, общежития для студентов Императорского Московского университета. При своем вступлении в должность генерал-губернатора Сергей Александрович пожертвовал на пользу бедняков столицы огромную по тем временам сумму - пять тысяч рублей. Он продолжает помогать также в сооружении памятников и музеев. Его усилиями создается портретная галерея московских главнокомандующих и генерал-губернаторов. Заботясь об общенациональном достоянии, Сергей Александрович предотвратил распродажу ряда шедевров искусства.

Много горечи вкусил Сергей Александрович, управляя Москвой. В очень затруднительное положение его поставила Ходынская катастрофа. Но какова в действительности была вина Сергея Александровича? Важно отметить, что устройство народного гуляния на Ходынском поле было поручено Министерству двора, а из ведения московского генерал-губернатора оно было изъято. Это же министерство взяло на себя ответственность и за поддержание порядка на месте гуляния. Но порядок отнюдь не был обеспечен: при раздаче царских подарков произошла страшная давка, в которой одних только погибших оказалось свыше тысячи человек.

Ходынка. Акварель, Владимир Маковский

Адъютант Великого князя В. Ф. Джунковский утверждает в своих воспоминаниях:
"Поручение устройства гуляния Министерству двора не освобождало его (Сергея Александровича.-В.В.) от контроля...

" Мы не знаем, что помешало Великому князю осуществить этот контроль, но уверены: если и уместен разговор о вине Сергея Александровича, то нужно одновременно говорить и о его глубоких страданиях после катастрофы, о злословии в его адрес, которое далеко не соответствовало предполагаемой вине.

"Со всех сторон приходится слышать порицания ему (Сергею Александровичу. - В.В.)",- отметил в своем дневнике"

Великий князь Константин Романов. Тот же Джунковский рассказывал о том, что после Ходынской трагедии он застал Сергея Александровича "бледным как полотно... видно было,-говорил адъютант,-до чего ему тяжело". Вместе с Императорской четой Сергей Александрович посещал больницы, где разместили пострадавших. Быть может, в одной из них у него возникает желание просить об отставке. Государь отставку не принял. Генерал-губернаторство Сергея Александровича продолжалось еще восемь с лишним лет. Все эти годы ему приходилось выполнять и обязанности члена Государственного совета. На хранящейся в Русском музее картине Репина "Торжественное заседание Государственного совета 7 мая 1901 г." мы видим и изображение Сергея Александровича.

Торжественное заседание Государственного совета 7 мая 1901 года, в день столетнего юбилея со дня его учреждения. 1903. ГРМ

Любимым местом его отдыха было Ильинское. Здесь он завел отличный крупнорогатый скот, устроил конный завод для лошадей арденнской породы, осуществлял все новое строительство.

Жил он довольно-таки замкнуто, даже искал одиночества. Немногие разделяли с ним минуты его досуга - то были близкие ему по духу люди. Внутренний мир Сергея Александровича был по-своему изящен: об этом в первую очередь говорит его высокое религиозное чувство. Такое же определение годится и для характеристики его внешности.

Высокого роста, со стройным станом, белокурый, с тонкими чертами лица - вот его отличительные черты. Красивые светло-зеленые глаза как будто жестко смотрели из-под его белесых бровей. Но было это чисто внешне, обманчиво. Однако часто люди получали о нем неправильное впечатление, принимая его сдержанность за высокомерие. Мало было тех, кто постиг благородство его души. Ангелом доброты называла своего мужа Елизавета Феодоровна. Вместе с ней он провел многие часы в их домашней церкви.

Генерал-губернаторство Сергея Александровича выпало на очень сложное время. С каждым годом все более возрастала революционная активность. В марте 1899 г. состоялась всеобщая студенческая забастовка, принесшая Великому князю много волнений. Спустя пять лет началась Русско-японская война. Сергей Александрович пристально следил за событиями на фронте. Воинам Черниговского полка он отправил однажды следующую телеграмму:

"Сердечно поздравляю черниговцев с их полковым праздником! Отрадно слышать самые лестные отзывы о деятельности полка. Бог в помощь! Матерь Божия, сохрани полк под кровом Своим. Сергей"

Близко к своему сердцу Великий князь принимал и неудачи правительства. "Он ходит такой бледный, настроение у него подавленное",- напишет в 1904 г. Елизавета Феодоровна. Реальной и близкой угрозой оказывается также терроризм. Жертвами террористов становятся высокопоставленные чиновники, близкие Великому князю люди, его единомышленники.

"Иногда думается, что все мы с ума сошли",- писал он незадолго до своей гибели.

Игумения Владимирского Княгиненского Успенского монастыря Маргарита и воспитанницы рукодельной школы встречают В.К. Сергея Александровича,1898 г.

1903 г. Перенесение мощей преп. Серафима Саровского. Раку несут Николай II с Великими Князьями. Сергей Александрович второй за Императором.

Готовилось покушение и на Сергея Александровича. Вместе с братом Владимиром Александровичем его считали главой партии сопротивления революции.

Видя большое несоответствие своих взглядов и устремлений курсу правительства, имея уже слишком мало единомышленников, отдав работе почти все свои силы, он подает в отставку. 31 декабря 1904 г.
Великий князь запишет: "

"Странное чувство после 14 лет. После доклада Трепова обнялись, прослезились... Господи, пощади мя!"

Жить оставалось чуть более месяца. Господь знает, как горячо и истово молился он в эти дни.
Пост главнокомандующего Московского военного округа за ним сохранялся. Приходилось по долгу службы совершать и разъезды по городу. При этом всякий раз Сергей Александрович оставлял себя почти без охраны. 4 февраля 1905 г., в результате взрыва бомбы, брошенной террористом, Великий князь был убит.

"Смерть Великого князя была тяжелым ударом для русской власти",- пишет С. С. Ольденбург. "Он с радостью умер за Государя и свою Родину,- сказала Елизавета Феодоровна.- За два дня до смерти он говорил, с какой готовностью пролил бы свою кровь, если бы мог этим помочь".

"Вообразить не мог, что мы сможем дожить до подобного безобразия",- обратился Сергей Александрович к Константину Романову в последние месяцы своей жизни.`
Но это было только началом тех безобразий, через которые Россия пройдет в XX в. Господь помиловал Великого князя: он не дожил до страшного 1917 г., когда к власти пришли те, кто не только совершили чудовищные преступления против России, но и убили его любимую супругу... Она же сама писала в 1905 г.:

"Я совсем спокойна и счастлива, так как мой любимый (Сергей) наслаждается вечным миром у Господа, не вкусив горечь этого ужасного времени"

В том же 1905 г. Елизавета Феодоровна признавалась:

"Великим утешением в моем великом горе служит сознание, что почивший Великий князь находится в обители святителя Алексия, память которого он так чтил, и в стенах Москвы, которую он глубоко любил, и в Святом Кремле, в котором он мученически погиб".

Разрушители русской государственности постарались уничтожить и память о Сергее Александровиче. Крест, поставленный на месте его гибели, был снесен. Не стало и Чудова монастыря, где похоронили Великого князя. Склеп Сергея Александровича оказался под проезжей частью площади. И все же в 1985 г. склеп этот обнаружили, что, надо заметить, не вызвало никакой реакции средств массовой информации. Когда подняли вопрос о перезахоронении, началась волокита, которая продолжалась и после канонизации Елизаветы Феодоровны в 1992 г. Что это, равнодушие? Если бы только так. "Реакционер, антисемит и пьяница",- напечатали про Сергея Александровича в 1991 г. в "Вестнике высшей школы". Вопрос о перезахоронении был решен только в июне 1995 г. Останки Сергея Александровича перенесли в Новоспасский монастырь.

Крест, воздвигнутый Киевским гренадерским полком на месте гибели Великого князя. 1905 г.

Новоспасский монастырь. Усыпальница Романовых

Это весьма деликатная тема, однако она существует и будет существовать. Гомосексуализм в семье Романовых часто историками, "серьезными" историками, мудро замалчивается. С одной стороны они правы - не наше дело лезть в личную жизнь и не только монарших особ, но и просто обычных людей, потому и называются все эти отношения - интимными. Однако тема геев нынче модна во всем мире и потому Романовым ставят часто в упрек (а то и в достоинство) этот их порок. Отвлечемся и вспомним официальную как бы трактовку всего этого "действа": французский психиатр Огюст Тардье полагал, что половое влечение к персонам собственного пола есть моральное и физическое уродство, причиной которого является особая форма полового члена. Поэтому он предлагал кастрировать всех представителей нестандартной сексуальной ориентации. С ним спорил немецкий юрист Карл Ульрихсон, полагавший, что гомосексуалисты – это люди, у которых женская душа заключена в мужскую оболочку. Немецкий психиатр Карл Вестфаль считал гомосексуализм врожденным изменением полового чувства... Середина 19 века и начало 20 сделали гомосексуализм в глазах высшего общества неким необычным изыском, забавным и весьма "милым" курьезом, хотя и запретным.

Но! Но "граждане Романовы" НЕ бравировали никогда этими своими наклонностями, как это делают нынешние представители нетрадиционной половой ориентации. Кроме того стоит сказать, что эти самые "граждане Романовы" оставили миру прекрасную память о себе, благодаря своим делам и талантам, и их половые увлечения были действительно не самым главным делом их жизни. Не главным!

Что ж, на данный момент достоверно известно о трех геях среди последних Романовых - великих князьях Сергее Александровиче, Николае Михайловиче и Константине Константиновиче. Каждый из них гордость России! И это должно быть на первом месте, а уж потом любителям русской истории стоит просто держать где-то в памяти, что их недуг (так они сами называли свои интимные отношения с лицами своего пола) был все же именно недуг, мешающий им жить!

Мария Элтингер Великий Князь Николай Михайлович Романов 1882

Из книги Нины Берберовой "Люди и Ложи. Русские масоны ХХ столетия"

^ Вел. кн. Н.М. РОМАНОВ (1859-1919)

Николай Михайлович, сын. вел. кн. Михаила Николаевича, был братом Александра Михайловича, который, как уже было сказано, был мартинистом и спиритом. Ник. Мих. был до конца жизни холост, и был во многом не похож на остальных членов семейства царя. Он был историком, редактором и издателем альбомов «Русские портреты», провел большую часть жизни за границей и в делах государственных избегал принимать участие, несмотря на интерес к внешней политике. Он знал шесть европейских языков (не считая латинского и греческого) и за границей водился либо с французскими и английскими учеными историками, либо с молодыми людьми, которых предпочитал молодым женщинам, относясь к последним более чем холодно. Одним из его любовников был вел. кн. Дмитрий Павлович, сын Павла Александровича, иначе говоря – двоюродный брат царя и один из убийц Распутина.

Ему в масонских кругах было дано прозвище «Филипп-Эгалитэ» в память герцога Орлеанского (1747-1793), помогавшего Мирабо и Дантону, возбуждавшего ненависть Людовика XVI еще до 1789 года, и погибшего на гильотине.

"Бимбо" - домашнее прозвище Великого Князя Николая Михайловича 1895

Обстоятельство, которое сделало Ник. Мих. масоном, было не совсем обычным. Он любил мужское общество и, видимо, любил тайные общества, и в конце прошлого столетия был приглашен войти во французское общество Биксио, в котором он оказался, за 30 лет его существования, вторым русским. Первым и единственным до него был всеобщий любимец, И.С. Тургенев (см. записку Биксио Тургеневу 1862 г. в кн. А Мазон. «Парижские рукописи Ивана Тургенева». Париж, 1930, с. 107).

Но Тургенев умер за десять лет до этого, и «братья Биксио» перенесли свои чувства к нему на великого князя. Вскоре он был приглашен во французский масонский Ареопаг – и конечно, Досточтимым 33-й степени. Биксио стало для Ник. Мих. его семьей.

Ник. Мих. чувствовал себя в кругу друзей свободным и счастливым человеком. Биксио самого уже давно не было, но общество продолжалось, и одно время в уме Ник. Мих. даже зародилась мысль навсегда переселиться в Париж. Состоя членом французских Ареопагов, он, вероятно, считал, что французские братья-масоны ему как-то ближе, чем петербургские, и тем не менее, что-то личное и важное держало его в русской столице – молодое поколение, покоренное его «клубными разговорами» (среди которых были люди, пришедшие к власти в 1917 году), или члены романовского семейства – Константиновичи, Павловичи и некоторые другие, о которых в свое время шептались его враги, окружавшие трон? Он, при своих средствах и при высоком положении до и после Февраля, мог обеспечить полную неприкосновенность своей частной жизни, и рты были до известной степени зажаты... но, может быть, не навсегда.

И.Е.Репин Портрет Великого князя Константина Константиновича 1891

Великий Князь Константин Константинович Романов

Свои стихи, выдержавшие несколько изданий, князь Константин Романов неизменно подписывал двумя буквами - К.Р. Под этим псевдонимом он и известен в литературе. Из псевдонима не делалось тайны: стихи предварялись портретами и статьями, а автор за свои сочинения удостоился звания почётного академика Императорской Академии наук (которую сам возглавлял на посту президента в течение 20 лет). Широко известны написанные на его стихи романсы Чайковского, Рахманинова, Гречанинова, Глазунова, Глиэра. После революций 1917 года и до конца века его стихи не печатали и старались вообще не упоминать, что есть такой поэт – не из-за их качества, а из-за происхождения автора.

В 1888 году – Великому князю Константину Романову исполнилось тридцать – он записал в дневнике: "Жизнь моя и деятельность вполне определились. Для других – я военный, ротный командир, в ближайшем будущем – полковник... Для себя же – я поэт. Вот моё истинное призвание ".

Великий Князь Константин Романов - К.Р.

Великий князь всю свою жизнь вел дневники, которые также хранятся в Государственном архиве Российской Федерации. Это своеобразная энциклопедия российской культуры этого периода. Эти дневники раскрывают еще одну сторону К.Р. Перед смертью свои дневники К.Р. завещал Академии наук, с тем, чтобы они были обнародованы через 90 лет после его кончины. Но в 1917 году, всего через два года после кончины великого князя, к власти в России пришли большевики, и тайное стало явным.

Семья Великого Князя Константина Коннстантиновича Романова

Константин Романов из "Дневников 1903-1905 гг."

19 апреля 1904 г.
На душе у меня опять нехорошо, снова преследуют грешные помыслы, воспоминания и желания. Мечтаю сходить в бани на Мойке или велеть затопить баню дома, представляю себе знакомых банщиков – Алексея Фролова и особенно Сергея Сыроежкина. Вожделения мои всегда относились к простым мужикам (вот он – снобизм), вне их круга я не искал и не находил участников греха. Когда заговорит страсть, умолкают доводы совести, добродетели, благоразумия.

23 июня 1904 г.
Я опять отказался от борьбы со своей похотью, не то чтобы не мог, но не хотел бороться. Вечером натопили мне нашу баню; банщик Сергей Сыроежкин был занят и привел своего брата, 20-летнего парня Кондратия, служащего в банщиках в Усачевых банях. И этого парня я ввел в грех. Быть может, в первый раз заставил я его согрешить и, только когда уже было поздно, вспомнил страшные слова: горе тому, кто соблазнит единого из малых сих.

28 декабря 1904 г.
Дурные мысли преследовали меня весь день. Хотелось вечером пойти в баню, с Мойки, но почему-то не пошел. Теперь скоро 11 часов. Отчего я не пошел? Боюсь греха, боюсь разлада с совестью, и тем не менее хочу грешить. Мучительна эта борьба.

Великий Князь Сергей Александрович Романов 1891

Великий Князь Сергей Александрович Романов

О Сергее Александровиче в этом блоге уже было представлено несколько материалов и потому стоит обратиться к ним, чтобы узнать и понять, что это был за человек. Был ли он гомосексуалистом? Прямых, от самого князя, доказательств этого нет, однако некоторые его современники вскользь нет да нет и упоминают эту самую страсть князя. Так есть такой вот факт: "1887 год – Великий князь Сергей Александрович Романов, сын Александра II, основал закрытый клуб для гомосексуалов, который просуществовал до 1891 года, когда Великий князь был назначен генерал-губернатором Москвы ." (Андрей Данилов "Опыт – сын ошибок трудных", журнал BEST FOR). Где был этот клуб??? Но так уж ли это важно? Важнее его дела для России...

Князь Сергей Александрович Романов с супругой Елизаветой Федоровной

Из статьи В.Вяткина "Великий князь Сергей и изобразительное искусство"

В 1898 г. воздвигли монумент Александру II — дань памяти Сергея отцу. Он привлёк лучших художников: П. В. Жуковского и А. М. Опекушина, изваявшего статую.Когда в Москве, на Волхонке, по инициативе И. В. Цветаева, создавался музей изобразительных искусств, Сергей, будучи московским генерал-губернатором, реально участвовал в деле, сильно интересуясь идеей музея. О важности музея говорили многие, но он возник, со слов П. С. Уваровой, только благодаря великому князю — «его просвещённому отношению к делу и его любви к Москве».

Конечно, отцом музея считается Цветаев. Но что бы он сделал без помощи генерал-губернатора? Причём, Сергей не только поддерживал все главные почины Цветаева, но и сам инициировал много ценного (к примеру, предоставление под музей участка в центре города, а не места «на задворках университета». Говорили, что помощь музею Сергей счёл своим семейным долгом. (Иные подмечали у него «гипертрофированное чувство долга».)

Под председательством Сергея был создан Комитет по сооружению музея. Первое заседание прошло в кабинете Сергея. Комитет созывался регулярно. Но одних заседаний было мало. Сергей часто ездил на стройку, вступал в разные деловые связи. В 1904 г. просил правительство Италии разрешить отлив копий скульптур эпохи Возрождения. Контакт дал пользу. Когда на Волхонку привезли Равеннскиемозаики, Сергей не скрывал радости. А для переноса в музей древней катакомбы с горы Митридат в Керчи он помог успешному проведению переговоров. П. С. Уварова восторгалась огромным его интересом к музею, настойчивостью, с которой он вызывал музей к жизни.

После гибели Сергея в музей передали часть его художественной коллекции. Цветаев писал, что «Елизавета Фёдоровна делает музей наследником художественного достояния великого князя…», радуясь, что ему достаётся больше, чем музею Александра III в Петербурге. А получать было что: о богатстве коллекции знали многие. Иностранные вещи преобладали. Цветаев восхищался бронзовой греческой статуэткой, за которую великий князь заплатил 1000 франков, отличной копией ПерсеяБенвенуто Челлини, прелестными Мадоннами из гостиной Николаевского дворца. По мнению Уваровой, Сергей слыл «знатоком… античных древностей. Особо ценным было его собрание древнегреческой терракоты из Танагры».

Интерес к искусству нёс пользу России. Сергей закупал шедевры за рубежом: и не только для своей коллекции. В 1883 г. привёз из Флоренции для Эрмитажа итальянскую фреску. Признаем правоту С. В. Рахманинова: «Не забывайте, что все художественные сокровища страны, находящиеся в галереях Москвы и Петрограда, были собраны людьми старой России». Его усилиями создана портретная галерея московских главнокомандующих и генерал-губернаторов. После смерти Сергея собрание пополнилось и его портретом. Заботясь о национальном достоянии, он предотвращал распродажу шедевров искусства. И ясно, что вполне по заслугам его избрали в 1895 г. почётным членом Российской Академии художеств. Он также возглавлял Общество художников исторической живописи и Московское художественное общество. Но в историю вошёл как тонкий ценитель прекрасного и замечательный меценат.

Работа отмечена жюри за исследовательский интерес к русской истории

Князь был обсмеян не только революционерами, врагами России, но и разными представителями высшего общества. Также на его безустанно наговаривали за рубежом. Но все же, несмотря на это, он, помня слова Спасителя: "в мире скорбни будете" (Ин 16. 33), высоко неся долг православного христианина, не отвечал злом за все, что они сделали. Церковь очень сильно помогала ему, он был человеком верующим.

Я решила написать о Сергее Александровиче Романове. Его имя в истории занимает довольно важное место. Мне стало интересно вся удивительная судьба семьи: почему его убили, узнать подробности и факты, а также различные причины женитьбы на княгини Елизавете). Вообще сама личность Сергея Александровича очень интересна для изучения, ведь об этом князе до сих пор ведутся споры. Каждый человек должен стремиться к эталону «совершенства», для меня эталон правителя и вообще человека - Сергей Александрович Романов. Я решила узнать все подробности об этой личности, начиная с самого рождения.

Рождению великого князя предшествовало необычное событие. В сентябре 1856 года после своей коронации Александр II с супругой Марией Александровной посетили Троице-Сергиеву лавру и независимо друг от друга тайно обещали перед мощами преподобного Сергия, что если у них родится мальчик, то назовут его Сергеем.

Мальчик появился на следующий год, и, как обещали родители, нарекли сына Сергеем. Великий князь Сергей Александрович Романов родился 29 апреля 1857 г. в семье Императора Александра II. У Александра II было восемь детей. Но именно на рождение Сергея Александровича обратил особое внимание святитель Филарет Московский, назвав это событие "знамением на благое". Святитель провидел высокое служение Великого князя.

Далее о жизни князя можно узнать из его дневника - самым главным источником информации, который велся на протяжении всей его жизни. В дневнике представлена информация о сильных переживаниях князя. Исходя из этого, мы можем понять, насколько чуток и самобытен внутренний мир Сергея. Для него дневник становится главным другом и «голосом обостренной совести». В основном дневник заполнялся вечером или ночью, чтобы никто не смог увидеть. Часто встречались такие фразы: «Очень хочется спать!», а иногда «Скоро петухи запоют…» - это показывает, насколько рано приходилось ему вставать. Если дневник вдруг прерывался, а это было не так часто, то для него это было «безвременьем», то есть время для него не шло, а стояло на месте. Простота и искренность Сергея в этом нет фальши, автор бывает очень самокритичен к себе и порой беспощаден. Дневник князя это никак не констатация фактов, не банальная хроника, а целый альбом впечатлений и эмоций прожитых дней, а некоторый другие записи наполнены поэзией.

Воспитывая будущего князя, родители пытались сочетать в нем простоту и учтивость, заботу к окружающим, и сохранить доброе любящее сердце. Порой ему так хотелось быть самым простым человеком, не имевшего правящей должности: «Я хотел бы быть тысячу раз простым смертным, чем Великим князем» - вырывалось из его сердца. В цитате из его дневника, мы можем увидеть, насколько серьезное воздействие оказывал, наступающий терроризм в стране. Сергей любил общаться с любыми людьми на равных, это доказывает следующая цитата: «Какой счастье, когда можно говорить откровенно, без предосторожностей…». Сергей часто находился в состоянии внутренней борьбы, но об это мало кто знал. Также не возможно не удивиться чуткости юноши, способного сопереживать беды и неудачи других, это он пишет в своем дневнике: «Бедный Петюша очень опасно болен…скарлатина» - это идет речь о семилетнем кузене Сергея.

Отметим также роль А.Ф. Тютчевой (дочь Ф.И Тютчева- известного поэта и дипломата, фрейлина) С помощью ее усилий ребенок был защищен от излишеств: маленького Сережу учили молиться, и не потакали различными прихотями. Однажды она внушала Сергею: «Вы не представляете, как, находясь у всех на виду, Вы соблюдаете чистый, умеренный образ жизни».

Схожую позицию с А.Ф. Тютчевой имел и В.К. Арсеньев учитель Сергея. Целью своей педагогики стало привитие христианских добродетелей, под этим он подразумевал: требовательность к себе, молитвенное настроение и неизменную православную веру. Сергея также учил К. П. Победоносцев: «Храните себя в правде и чистоте мысли. Во всяком движении сердца и мысли справляйтесь в совести с началом правды Божией… свято храня детскую веру, не забывайте ставить себя перед Богом…».

К.П. Победоносцев (один из учителей Сергея)

Таким образом, воспитатели «решали» одинаковые задачи, и их труды были не напрасны. Современники видели доброту и религиозность Сергея.

Вот что говорил архимандрит Антонин (Капустин): «Чистые, благие и святые души царевичей пленили меня. Это, несомненно, она, высокая, боголюбивая и смиренная христианка (Мария Александровна) возрастила и сохранила их такими в усладу… всем, ревнующим о духе…». Эти качества прививались всю его жизнь.

По словам Евгения Никифорова-председателя православного братства: «вся нынешняя собственность Русской Православной церкви в итальянском городе Бари, где покоятся мощи Николая Чудотворца, была приобретена и построена Сергеем Александровичем, в том числе, на его личные средства. Он – первый, кто был убит большевиками из Августейшей Семьи».

Некоторые историки считают, что князь Сергей Александрович должен быть канонизирован. По мнению петербургского историка Татьяны Ганф, он столь же отличался благочестием, сколь и уже прославленная во святых супруга и продолжательница его дел. "Надо просто начать собирать свидетельства о помощи Сергея Александровича по молитвам к нему, и их окажется очень много", - уверена она.

За канонизацию великого «сына отечества» высказался московский историк Дмитрий Гришин, который изучает личность Романова 20 лет. "Его благотворительные дела, подлинно христианская жизнь и радение за отечество убеждают, что давно пришла пора молиться не за него, а ему", - сказал исследователь.

Также о нем рассказывали: «Великий князь Сергей Александрович сыграл роковую роль в падении империи и был отчасти ответствен за катастрофу во время празднования коронации Николая II на Ходынском поле в 1896 году. При всем желании отыскать хотя бы одну положительную черту в его характере я не могу ее найти. Будучи очень посредственным офицером, он тем не менее командовал Преображенским полком - самым блестящим полком гвардейской пехоты. Совершенно невежественный в вопросах внутреннего управления, великий князь Сергей был тем не менее московским генерал-губернатором, пост, который мог бы быть вверен лишь государственному деятелю с очень большим опытом. Упрямый, дерзкий, неприятный, он бравировал своими недостатками, словно бросая в лицо всем вызов и, давая, таким образом, врагам богатую пищу для клеветы и злословия. Некоторые генералы, которые как-то посетили офицерское собрание Преображенского полка, остолбенели от изумления, услыхав любимый цыганский романс великого князя в исполнении молодых офицеров. Сам августейший командир полка иллюстрировал этот любовный романс, непринужденно раскинувшись и обводя всех блаженным взглядом!»

У каждого человека или определенного деятеля взгляды остаются неколебимо свои, и изменить их можно с большим трудом, чаще всего это сделать невозможно, даже если человек не прав. Поэтому я считаю, сколько бы мнений не было вы все равно будете иметь свое мнение. А если приблизиться к истине то, Сергей Александрович– это живой человек с теми или иными достоинствами и недостатками. Далее он называет его посредственным офицером, абсолютно незаслуженно командующим гвардейским полком. Совершенно невежественный в вопросах внутренней политики, не имеющий административного опыта, он был назначен на пост генерал-губернатора Москвы. "Упрямый, дерзкий, неприятный, бравирующий своими недостатками" – так характеризует его мемуарист. По понятным соображениям Александр Михайлович лишь намекает на противоестественный порок великого князя. Но Сергею Юрьевичу Витте хотелось высказать свою точку зрения: "Мои взгляды и его расходились, ибо Сергей Александрович был, с одной стороны, взглядов очень узкоконсервативных, а с другой стороны, он был религиозен, но с большим оттенком религиозного ханжества. Кроме того, его постоянно окружали несколько сравнительно молодых людей, которые с ним были особенно дружны. Я не хочу этим сказать, что у него были какие-нибудь дурные инстинкты, но некоторая психологическая анормальность которая выражается часто в особого рода влюбленном отношении к молодым людям, у него, несомненно, была"-это высказывание нельзя считать верным, ведь и в ту пору и по сей день в окружении каких- либо важных людей всегда находятся, те кто может пустить какие-то глупые сплетни, чтобы люди к этой знаменитости относились хуже, а кто-то вообще отвернулся, поэтому-это нормально без таких высказываний было бы подозрительно читать одно хорошее, ведь тогда это было сплошное вранье, потому что все хорошо относится не могут, это просто нереально, именно поэтому мы встречаем и такие высказывания. Также он намекал о нетрадиционной ориентации это тоже вранье, ведь князь вел боголюбивый образ жизни, и чтобы хоть как очернить репутацию князя преумали эти сплетни, о которых и сейчас говорят, как о «правде». А.А. Половцов писал в своем не полностью опубликованном дневнике, особо выделяя Сергея Александровича: "Если два старших брата (Александр, Алексей) имеют презрение к человечеству, то третий (Сергей) всецело пользуется презрением человечества"

П.А. Зайончковский подчеркивает, что в 80-е годы Сергей Александрович, "полукретин, с крайне примитивным мышлением реакционно-шовинистического порядка", командуя лейб-гвардии Преображенским полком, "активно содействовал процветанию противоестественного порока". Это уголовное дело по наследству попало в руки молодого жандармского офицера, но на известном этапе было прекращено сверху… По свидетельству Витте, великий князь был ярым противником евреев. «Ретроград, крайне ограниченный человек, он своей политикой довел Москву до революционного взрыва.» Витте решительно утверждает, что все меры, принятые в Москве великим князем, не могли пройти через Государственный совет – иными словами, даже несовершенное законодательство Российской империи находилось в вопиющем противоречии с деяниями Сергея Александровича. Назначенный генерал-губернатором Москвы в 1891 г., он начал свою деятельность с очищения Москвы от евреев, которым якобы попустительствовал его предшественник князь Владимир Андреевич Долгоруков (1810-1891), находившийся на этой должности с 1856 г.

Великий Князь был героем последней русско-турецкой войны, героем Плевны, известным меценатом, организатором известных научных экспедиций, особенно велики заслуги Его Высочества перед Православием. Организатор и руководитель Императорского Палестинского Православного Общества, он способствовал укреплению позиции Русского Православия в Палестине, огромной благотворительности России на Востоке, упрочил и расширил возможности русского паломничества во Святую Землю. До сих пор нравственный авторитет России в Палестине зиждется на памяти свершений Великого Князя.

В 1877 г. великий князь отправился в действующую армию на Балканы, где в то время шла русско-турецкая война. За проявленную отвагу Сергей Александрович был награждён орденом Святого Великомученика Георгия Победоносца IV степени. В 1882 г. он был назначен командиром 1-го батальона лейб-гвардии Преображенского полка.

Вскоре по возвращении в Петербург Сергей Александрович принял на себя обязанности председателя Православного Палестинского общества, которое собирало, разрабатывало и распространяло в России сведения о святых местах Востока и оказывало содействие русским паломникам. По инициативе и на средства великого князя в Иерусалиме были произведены раскопки, на месте которых был сооружён храм во имя святого благоверного князя Александра Невского, в память царя-освободителя Александра II.

В 1905 году генерал-губернатор Москвы Великий Князь Сергей Александрович был убит в Кремле террористом Каляевым, что представляло собой символическое действие, приближавшее братоубийственную революцию. Великий Князь был первым в Августейшей семье, принесенным в жертву коммунистическому террору, и гибель его в первую русскую революцию преобразовало заклание Царственных Мучеников в революцию октябрьскую. Мистическое значение этого события ясно осознавали сами большевики: именем убийцы Каляева они назвали не только улицу Никольскую в Кремле, но и множество улиц по всей России, введя Каляева в свой пантеон.

Воспоминания о этой трагедии сохранились до сих пор. Так, когда я приехала в Свято-Елизаветинский монастырь в городе Славске Калининградской области, мне рассказали о существовании музея на территории монастыря, мне очень захотелось посетить. Увидев первый экспонат, я удивилась, это была надгробная плита князя. Она была похожа на подлинник, но затем я усомнилась: «Как в монастыре может быть подлинники?» Спросив у монахини, оказалось и в самом деле она настоящая

Тогда мне стало интересно «как эта плита появилась в Свято-Елизаветинском монастыре?» Я решила спросить об этом у настоятельницы монастыря Монахини Елизаветы. Оказывается Эту плиту нашли в Московском Кремле при поисках останков от семьи Романова и решили отдать в качестве подарка монастырю. Мне кажется -это явление очень удивительным ведь, могли и отдать и в простой музей, а подарили монастырю.

Также мне стало интересно а как на письме и каким образом ставил свою подпись князь - я решила разобраться. Оказалось всегда по-разному.

Например, Вензельный книжный знак (экслибрис)– стоящий в фигурной рамке, напоминающий форму щита, увенчанной императорской короной и украшенной гирляндами из роз, в стиле рококо. В центре щита – сплетенные вместе две заглавные буквы имени и отчества «С» и «А». Книжный знак напечатан темно-коричневой краской на сатинированной бумаге.

Также существовал и другой символ князя. Он обычно ставился на книгах. Назывался тот знак как: Золототисненый суперэкслибрис, помещенный в нижней части корешка книги. Знак образуют две заглавные буквы-инициалы «С. А.». Над инициалами возвышается императорская корона.

Как вы видите знаки были выполнены в одном веке, но использовались в разные случаи. Везельный обычно использовался для подписей каких-нибудь приглашений, документов, а Золототисненный супреэкслибрис только для подписей книг.

Личность Сергея Александровича Романов надолго останется в истории. Но почему решили убить Сергея Александровича? –Есть причина, о которой долгое время старались не вспоминать: генерал-губернатор великий князь Сергей Александрович пользовался большим авторитетом среди рабочих, городской бедноты и солдат московского гарнизона. По сути, он оказался конкурентом революционеров, причем конкурентом деятельным, так как его нововведения в Москве, проводимые силой власти, оказались во многом созвучны программным требованиям эсеров. Это в немалой степени и послужило причиной яростной охоты террористов за великим князем.

Стоит отметить, что Сергей Александрович был человеком неординарным, это подтверждают и мнения о нем современников, ведь они были противоположными. Даже его политические противники видели, казалось бы, двух разных людей. Князь-анархист Кропоткин считал, что «Великий князь Сергей Александрович прославился пороками», а государственный деятель Витте отмечал, что «Великий князь Сергей Александрович, по существу, был весьма благородный и честный человек». Каким же был на самом деле Сергей Александрович, оставивший заметный след в истории не только Москвы, но и русской культуры? Для меня же он навсегда останется сильным деятелем честным и благородным человеком.

Его смерть была глубоко жертвенной. Елизавета Фёдоровна писала государю Николаю II 7 апреля 1910 года: «Дорогой мой… Сергей с радостью умер за тебя и за свою родину. За два дня до смерти он говорил, с какой готовностью пролил бы свою кровь, если бы мог этим помочь».

Сергей Александрович много занимался церковной благотворительностью. Последним его даром Русской Церкви был драгоценный покров для мощей царевича Димитрия. Вскоре после вступления в должность московского генерал-губернатора, Сергей Александрович был в Угличе и принимал участие в торжествах по случаю 300-летия мученической кончины царевича. В храме на Крови он ударил в знаменитый набатный колокол, некогда возвестивший угличанам о смерти царевича. Теперь Господь судил принять мученический венец и самому великому князю. Его смерть была глубоко жертвенной. Елизавета Федоровна писала государю Николаю II 7 апреля 1910 года: «Дорогой мой… Сергей с радостью умер за тебя и за свою родину. За два дня до смерти он говорил, с какой готовностью пролил бы свою кровь, если бы мог этим помочь».

В русской истории навсегда останутся заслуги Великого Князя Сергея Александровича перед страной и Православной Церковью.

Список используемой литературы:

1. http://chelreglib.ru/ru/news/459/

2. http://izvestia.asu.ru/2011/4-1/hist/TheNewsOfASU-2011-4-1-hist-07.pdf

3. http://monarchy.ucoz.net/publ/velikij_knjaz_sergej_aleksandrovich_romanov/6-1-0-770

4. http://ne-nai.livejournal.com/8071.html

5. http://newimperia.ru/magazine/article/pamyati-velikogo-knyazya-sergeya/

4 февраля 1905 г. в Кремле, близ Никольских ворот, террорист Каляев бомбой убил Великого Князя Сергея Александровича. Пострадало много случайных людей.

Незадолго до того Великий Князь, будучи генерал-губернатором Москвы и предпринимая меры против революционного еврейства (начиналась т.н. »первая революция»), выселил из города в соответствии с законом о черте оседлости тысячи евреев и закрыл синагогу. В связи с этим еврейский историк Дубнов писал, что Каляев - «орудие исторической Немезиды, покаравшей московского Амана за поругание еврейства».

По этой причине Сергей Александрович стал для евреев одной из наиболее ненавистных фигур, на которую было принято лить всевозможную клевету в печати, приписывать ему всевозможные пороки, в том числе позже даже в «солидных» исторических трудах. Постараемся восстановить и сохранить в нашей памяти его светлый облик.

Четвертый сын царя-освободителя Александра II был убит так же как его августейший родитель — взрывом бомбы, брошенной членом террористической организации, поставившей целью свержение самодержавия любой ценой. Это убийство было совершено 17 февраля н. ст. 1905 года в самом сердце Москвы — в Кремле, среди великих русских святынь. Священное место, которое Александр III называл алтарем России, обагрилось мученической царской кровью. Сразу после взрыва супруга великого князя, будущая преподобномученица Елизавета, выбежала из дворца. Она еще имела в себе силы с великим самообладанием собрать по частям разорванное на куски тело мужа. Уцелели нательный крест и образки. Это было символом России, которую ее враги скоро будут пытаться разорвать на куски. Не случайно и то, что останки великого князя были положены в Алексеевской церкви Чудова монастыря в Кремле, у мощей святителя Алексия, митрополита Московского, одного из его любимых святых, много потрудившегося для объединения раздробленной Руси. На месте гибели великого князя был установлен памятник-крест. Символично, что на кресте были выбиты слова Спасителя: «Отче, отпусти им, не ведят бо, что творят» (Лк. 23, 34). Благодати этих слов приобщилась и великая княгиня Елизавета, «евангельски убийцу мужа своего простившая». Этими же словами она будет молиться за своих убийц, сброшенная ими в алапаевскую шахту. Символично и то, что после революции этот крест собственноручно сбросит веревкой с постамента Ленин.

Одна из статей, напечатанная вскоре после этого преступления, была озаглавлена: «За что его убили?» Ответ в ней на этот вопрос давался точный. «Лишить Россию не только в настоящее время, но и в будущий период ее возрождения, — сильных и убежденных защитников — вот гнусная цель наших подпольных и «легальных» революционеров. Вот почему они с ожесточенной злобой накинулись на великого князя Сергея Александровича, чуя в нем человека не только бывшего, но и будущего времени». Разрушители России справедливо считали великого князя главой «партии сопротивления», хотя к тому времени, будучи несогласным с нерешительными мерами правительства против угрозы государственного переворота, он подал в отставку с поста генерал-губернатора Москвы и остался лишь командующим Московским военным округом. Это преступление было не политическим, а духовным. Оно предваряет начало небывалых еще в истории гонений.
Еще с середины девятнадцатого века враги православной России активизируются. Возникли гнезда террористов. Они были направлены против Российской империи. Их целью были, прежде всего, приближенные к дому Романовых и сам государь — «удерживающий», по слову святого праведного Иоанна Кронштадтского, беспрепятственное распространение зла. Убийства начались с лучших. Россия содрогнулась от убийства Александра II. Он первый принял на себя удар, направленный против веры и Отечества. Этот открытый терроризм исходил из низов, в основном от инородцев и маргинальных распропагандированных соотечественников. Их задачей было уничтожить Россию. Ослабить и запугать убийством лучших — тех, кто удерживал беззаконие, не допускал его разгула. И в этой борьбе самые большие жертвы понесла семья династии Романовых.

Мученическая кончина великого князя Сергия открывает век святых мучеников. Отпевал великого князя будущий священномученик митрополит Владимир (Богоявленский). Отец Митрофан Сребрянский (будущий преподобноисповедник Сергий) назвал великого князя «новым мучеником царствующего дома, мучеником за правду», а будущий священномученик Иоанн Восторгов — «мучеником долга». Многие будущие новые мученики свидетельствовали в эти дни, что великий князь Сергий знал об угрожающей ему смерти, но ни за что не хотел уступить врагам Православия и России.

После убийства великого князя Сергея Александровича архимандрит Анастасий (Грибановский) сказал, что злодеи хотели запятнать Кремль царственной кровью, но лишь «создали новый опорный камень для любви к Отечеству», дали«Москве и всей России нового молитвенника».

Сергей Александрович Романов, четвертый сын Императора Александра II, родился 29 апреля 1857 г. в Царском Селе. В детстве воспитательницей Великого Князя была Анна Феодоровна Тютчева, в замужестве Аксакова, а в 1864 г. воспитателем был назначен капитан-лейтенант Дмитрий Сергеевич Арсеньев - оба люди незаурядные, привившие Великому Князю любовь к родине с ранних лет. Большое воздействие на душу Сергея Александровича и его последующую жизнь оказало знакомство в юности с архиепископом Ярославским и Ростовским Леонидом.

В благочестивом и набожном окружении усилиями матери Великий Князь получил прекрасное образование. Энциклопедию права ему читал Константин Петрович Победоносцев, которого Сергей Александрович знал и любил с детства, государственное право было поручено Николаю Степановичу Таганцову, политическая экономия - Владиміру Павловичу Безобразову. Зимой 1876 г. историю Великому Князю преподавал Сергей Михайлович Соловьев, русскую литературу читал профессор Орест Феодорович Миллер. Ему также читали курс военных наук, однако любимой наукой его была история. Вместе с профессором истории Константином Николаевичем Бестужевым-Рюминым Великий Князь уже в ранние годы совершил поездку по северу России и большую часть времени посвятил изучению исторических памятников и святынь.

В 1877 г. начались занятия по приготовлению Сергея Александровича к присяге. Эти занятия вел истинный патриот, глубоко верующий человек - князь Сергей Николаевич Урусов. 29 апреля 1877 г. Великий Князь принес присягу на верность Царю и Отечеству и вскоре отправился в действующую армию на Балканы, где в то время шла русско-турецкая война. За проявленную отвагу при военных действиях Великий Князь был награжден орденом святого великомученика Георгия Победоносца IV степени.

В 1882 г. Сергей Александрович был назначен командиром 1-го батальона лейб-гвардии Преображенского полка. Он был образцом исполнения служебных обязанностей, настоящим отцом-командиром, которого любили и уважали и солдаты, и офицеры. До конца жизни Великий Князь не терял связи со своими преображенцами. Для улучшения быта «слабосильных нижних чинов» Сергей Александрович пожертвовал в полк капитал в 10000 рублей.

1 марта 1881 г. от бомбы террориста погиб отец Сергея Александровича, Император Александр II. 21 мая Великие Князья Сергей Александрович, Павел Александрович и Константин Константинович совершили паломничество во Святую Землю, желая после перенесенных тяжелых нравственных потрясений найти утешение в молитве у Живоносного Гроба Господня. После беседы с ними архимандрит Антонин (Капустин), начальник Русской Духовной миссии в Иерусалиме, записал в своем дневнике: «Чистые, благие и святые души царевичей пленили меня». О Великих Князьях он также писал В.Н. Хитрово: «Независимо от своего царского рода и положения, это наилучшие люди, каких только я видел в свете… Меня они очаровали своею чистотою, искренностью, приветливостью и глубоким благочестием в духе Православной Церкви».

3 июня 1884 г. Сергей Александрович вступил в брак с дочерью Великого Герцога Гессенского Людвига IV, ставшей Великой Княгиней Елисаветой Феодоровной. По обоюдному желанию супруги хранили чистоту, так как еще до свадьбы благочестивые жених и невеста решили жить как брат и сестра. Этот союз был удивительно счастливым, поскольку супруги имели глубокое духовное родство.

26 февраля 1891 г. Высочайшим приказом Великий Князь Сергей Александрович был назначен Московским генерал-губернатором. За время своего генерал-губернаторства Великий Князь Сергей Александрович очень много сделал для Москвы. Особо следует сказать об учреждении общеобразовательных чтений для рабочих. Великий Князь горячо принимал к сердцу их интересы, поощряя распространение исторических знаний в рабочей среде при участии священнослужителей. За два года Комиссией по устройству чтений было предпринято около 50 изданий, включая книги по богословию, истории, литературе, географии, биологии, искусству. Председатель Комиссии, ректор Московской Духовной Семинарии архимандрит Анастасий (Грибановский) в своей речи перед слушателями очередных чтений, состоявшихся 6 февраля 1905 г., произнес:

«Великий Князь особенно чтил Москву как скрижаль нашей отечественной истории… Поникшее было в прежнее время, под воздействием чуждых нам влияний, значение святынь Москвы, исторических достопамятностей, самого уклада жизни московской при Великом Князе поднялось, возвысилось и стало виднее во всех концах России, сами Государи стали чаще посещать Москву. Царь Александр III, в правление Москвой Великим Князем, в одном из своих пребываний здесь, сказал достопамятные слова: «Москва - это храм России, а Кремль - ее алтарь»».

В начале XX века в России поднялась новая волна терроризма. Сергей Александрович был непримирим к бунтовщикам и революционерам, считал, что необходимо принять более жесткие меры по отношению к террористам. Правительство не поддержало Великого Князя, и 1 января 1905 г. Сергей Александрович добровольно отказался от поста генерал-губернатора, не желая продолжать политическую деятельность. Великий Князь пожелал сохранить за собой только воинское звание. Однако он чувствовал, что приговорен к смерти. «Когда служили панихиду по разорванному на части бомбою министре Плеве, Великий Князь Сергей Александрович, склонившись в молитве и весь отдавшись Богу и Его воле, уже знал твердо, что участь его решена», - писал протоиерей Иоанн Восторгов (впоследствии священномученик).

4 февраля 1905 г. в 2 часа 50 минут по полудни Сергей Александрович, как обычно, выехал из Николаевского дворца в карете с одним кучером, без охраны - последнее время он ездил даже без адъютанта, никого не желая подвергать опасности . Когда до Никольских ворот оставалось не более 15 саженей, прогремел чудовищной силы взрыв. Он был настолько силен, что в здании Судебных Установлений и здании Арсенала вылетели окна. Когда рассеялся дым, представилась страшная картина: в луже крови безформенной грудой лежали останки. Со всех сторон к месту трагедии кинулись люди.

Но вдруг толпа расступилась… Приехала Великая Княгиня Елисавета Феодоровна, которой успели сообщить о злодеянии, жертвой которого пал ее Августейший супруг. Она приблизилась к останкам Великого Князя и со слезами склонилась к ним. Это была потрясающая минута… Останки Великого Князя были перенесены в Алексеевскую церковь кафедрального Чудова монастыря. Все время, пока останки находились в храме, в Кремль длинной вереницей тянулись молящиеся от Спасских ворот. Многие простаивали в ожидании 5-6 часов.

Святой праведный Иоанн Кронштадтский прислал Императору следующую телеграмму: «Скорбь Ваша неописуема. Скорбь Спасителя в Гефсиманском саду за грехи міра была безмерна, присоедините Вашу скорбь к Его скорби: в ней найдете утешение». В речи на панихиде по убиенном Великом Князе 5 февраля 1905 г. протоиерей Иоанн Восторгов произнес:

«Выстрел за выстрелом, взрыв за взрывом, кровь за кровью и убийство за убийством на Русской Земле. И вот пролилась кровь, благородная кровь ближайшего Сродника Государева. Не в честном бою, не пред лицом открытого ополчившегося врага, а от злодея, из-за угла поджидавшего жертву… Государство в опасности, люди гибнут на войне и внутри страны, презренное и гнусное убийство вышло из темных углов и нагло показывается на улицах, а сыны народа, почитаемые его мыслящею частью, как будто ничего не случилось, твердят и твердят о своих мечтательных и заморских идеалах, своими писаниями плодят и плодят недовольство в стране вместо успокоения, несут разделения, раздоры вместо мира и согласия… Люди русские! Одумаемся! Суд при дверях. Господь близ. Жертвы кровавые перед нами. Поминая молитвою эту новую и страшную жертву - убиенного Великого Князя Сергея Александровича, восплачем о нем, восплачем о растерзанном сердце Царя, о несчастной терзаемой России, восплачем и о себе самих!»

10 февраля, в день отпевания Великого Князя, с ним прощалась вся Москва, а вместе с нею и вся Россия. «Ты был верен до самой смерти своему долгу и запечатлел своею кровью верность твою святым исконным заветам Земли Русской, оставив нам высокий пример непоколебимой веры в Бога, преданности святой Церкви и Престолу и служения ближним, не жалея себя… Вечная память тебе на Святой Руси, наш дорогой, горячо любимый Великий Князь! Не забывай нас в твоих истых молитвах пред Престолом Всевышнего, да ниспошлет Господь мир и тишину Земле нашей, о которой ты столько болел душою и печалился, живя между нами», - писали в тот день «Московские ведомости».

По окончании отпевания дубовый гроб с серебряными государственными гербами по бокам был перенесен в храм во имя святого Апостола Андрея Первозванного в Чудовом монастыре, а 4 июля 1906 г. погребен в склепе специально построенного храма-усыпальницы в честь преподобного Сергия Радонежского - Небесного покровителя Великого Князя.

Елисавета Феодоровна посетила в тюрьме убийцу своего супруга, передала ему образок и сказала: «Я вас прощаю, Бог будет Судьей между Князем и вами, а я буду ходатайствовать о сохранении вам жизни».

На месте мученической кончины Сергея Александровича 5-й гренадерский полк поставил белый крест. К подножию креста люди начали класть деньги, и Великая Княгиня Елисавета Феодоровна, назначенная шефом полка по кончине Великого Князя, выразила желание, чтобы на эти средства был сооружен новый крест-памятник. 2 апреля 1908 года после литургии в храме-усыпальнице состоялось освящение креста, выполненного по проекту В.М. Васнецова. У подножия креста было начертано: «Отче, отпусти им, не ведят бо, что творят», а по всему кресту шла надпись «Аще бо живем, Господеви живем, аще же умираем, Господеви умираем: аще бо живем, аще умираем Господеви есмь. Вечная память Великому Князю Сергею Александровичу, убиенному 4 февраля 1905 года. Помяни нас, Господи, егда приидеши во Царствии Твоем».

Великая Княгиня Елисавета Феодоровна, всегда отдававшаяся делам милосердия и благотворительности, после кончины Великого Князя всю жизнь свою посвятила служению Богу и ближним. Она оставила придворную жизнь, продала свой дворец и на эти деньги устроила больницу, приют для детей, основала Марфо-Мариинскую обитель, в которой, приняв монашество, стала настоятельницей. За Божественной литургией 10 апреля 1910 г. в храме Марфо-Мариинской обители сестер милосердия, учрежденной Елисаветой Феодоровной, состоялось возложение на Великую Княгиню креста настоятельницы. Великая Княгиня Елисавета, немка по происхождению, как и ее сестра Государыня Александра Феодоровна, приняв в замужестве Православие, стала очень русской по духу. Она была убита в 1918 г. в Алапаевске вместе с другими членами Императорской Фамилии. Мощи ее были вывезены Белой армией в Пекин, затем Иерусалим. Причислена к лику святых Русской Зарубежной Церковью в 1981 г..

1 мая 1918 г. крест на месте убиения Великого Князя был снесен при личном участии Ленина, который накинул веревку на крест на уровне шеи изображенного на кресте Иисуса Христа. В 1929 г. был разрушен и Чудов монастырь…

В 1986 г. при проведении в Кремле ремонтных работ был обнаружен сохранившийся склеп с захоронением Великого Князя. В 1995 г. его останки были торжественно перенесены из Кремля при большом стечении народа в московский Новоспасский монастырь, в котором находится усыпальница бояр Романовых - предков царственного Дома. На территории Новоспасского монастыря восстановлен и крест в прежнем виде.

Великий князь Сергей Александрович: тиран или мученик?

Живые свидетельства: «за» и «против»

«Лицо его было бездушно… глаза, под белесыми бровями, смотрели жестоко», - писал французский посол М. Палеолог. «Великий князь Сергей Александрович прославился пороками», - заявлял князь-анархист Кропоткин. Ему вторил левый кадет Обнинский: «Этот сухой, неприятный человек… носил на лице резкие знаки снедавшего его порока, который сделал семейную жизнь жены его, Елизаветы Феодоровны, невыносимой».

Император Николай II принимает приветствие генерал-губернатора вел.кн. Сергея Александровича перед царским шатром у гостиницы "Континенталь" во время приезда в Москву. 1898 или 1899 г.

В наше время великий князь Сергей оказался выведен в романе Б. Акунина «Коронация» - под именем Симеона Александровича. Создавая этот неприятный образ, популярный беллетрист прилежно переписал общие места из воспоминаний начала прошлого века. Однако, похоже, он читал не все воспоминания.

Например, вот что пишет о Сергее Александровиче его племянница и приемная дочь великая княгиня Мария Павловна: «Все считали его, и не без основания, холодным и строгим человеком, но по отношению ко мне и Дмитрию (брат Марии Павловны. - В.С.) он проявлял почти женскую нежность…»

А вот неожиданные высказывания в пользу Сергея Александровича его политического противника С.Ю. Витте: «Великий князь Сергей Александрович, по существу, был весьма благородный и честный человек...», «К памяти его я отношусь с уважением...».

Лев Толстой, узнавший о смерти великого князя в феврале 1905 года, по словам свидетелей, «прямо физически страдал». Ему было глубоко по-человечески жаль убитого.

Кто же был на самом деле Сергей Александрович? В чем причины его двойственности: с одной стороны - холодный и строгий, с другой - по-женски нежный? Какими были его отношения с Елизаветой Феодоровной, которую мы почитаем как преподобномученицу?

Обет после коронации

Мальчик появился на свет на следующий год.

В честь этого события московский митрополит Филарет (Дроздов) произнес особую проповедь. Святитель говорил, что рождение великого князя - «знамение во благо»*, знак благословения Божия для только что начавшегося царствования. Сергей Александрович был уже седьмым ребенком в семье, но он первый рождался порфирородным - после воцарения отца. Судьба такого «обетного» царственного ребенка обещала быть необычной.

Воспитанием мальчика сначала занималась фрейлина А.Ф.Тютчева (дочь великого поэта, супруга славянофила И.С. Аксакова). «Широко просвещенная, обладавшая огненным словом, она рано научила любить русскую землю, православную веру и церковь… Она не скрывала от царских детей, что они не свободны от терний жизни, от скорбей и горя и должны готовиться к мужественной их встрече», - писал один из биографов великого князя.

Когда мальчику исполнилось семь лет, его воспитателем назначили капитан-лейтенанта Д.С. Арсеньева. В 1910 году «Сергий Александрович был доброе, чрезвычайно сердечное и симпатичное дитя, нежно привязанное к родителям и особенно к матери, к своей сестре и младшему брату; он очень много и интересно играл и, благодаря своему живому воображению, игры его были умные...», вспоминал Д.С. Арсеньев.

Роковая цепь

Тонкие черты лица, светлые волосы, серо-зеленые глаза… С юных лет высокий и подтянутый Сергей Александрович казался прирожденным офицером. Белый гвардейский мундир сидел на нем как влитой. В гвардию великий князь поступил после кончины матери и трагической гибели отца. До 1887 года он командовал 1-м (царским) батальоном Преображенского полка, затем, в чине генерал-майора, - всем полком.

В 1891 году Александр III назначил своего брата генерал-губернатором Москвы. На этом посту Сергей Александрович показал себя жестким консерватором и приверженцем самодержавия. Все попытки пересмотреть незыблемость монархии в России он принимал резко враждебно.

Великий князь был твердо убежден, что либерализм в политике тесно связан с повреждением нравственности. Доказательство этому он видел в семье родителей. Его отец, инициатор великих реформ и, по представлениям Сергея Александровича, западник и либерал, был неверен жене. В течение 14 лет он изменял ей с другой женщиной - фрейлиной Екатериной Долгорукой, родившей ему троих детей. Неприятие всех действий отца особенно обострилось после тяжелой, воистину мученической кончины Марии Александровны. Императрица страдала тяжелой формой туберкулеза. Через 45 дней после того, как она умерла, Александр II женился на Долгорукой…

Трудно передать, кем была Мария Александровна (до перехода в Православие - принцесса Максимилиана-Вильгельмина-Августа) для Сергея Александровича и других младших детей - Марии и Павла. От мамы Сергей унаследовал любовь к музыке, живописи, поэзии. Она воспитала в нем сострадательность и доброту. Научила молиться.

Когда в 1865 году восьмилетний Сергей вместе с мамой приехал в Москву для отдыха и лечения, он удивил всех тем, что попросил вместо развлечений показать ему архиерейское богослужение в Кремле и выстоял всю службу в Алексеевском храме Чудова монастыря.

«Кто б ни был ты, но встретясь с ней,
Душою чистой иль греховной,
Ты вдруг почувствуешь живей,
Что есть мир лучший, мир духовный...» -
так воспел добродетели императрицы
Ф.И. Тютчев, знакомый с ней с 1864 года.

«Кто подходил к Ней, - говорил о Марии Александровне высоко ее почитавший К.П. Победоносцев, - чувствовал присутствие чистоты, ума, доброты и сам становился при Ней чище, светлее, сдержаннее».

Когда ее не стало, Сергей Александрович пережил тяжелейшее потрясение. «Этот удар был страшный удар, и видит Бог, как я и до сих пор не могу еще придти в себя, - напишет он через год. - С Ее смертью все, все переменилось. Не могу я словами выразить все, что наболело на душе и на сердце, - все, что у меня было святого, лучшего, - все в Ней я потерял - вся моя любовь - моя единственная сильная любовь принадлежала Ей».

На похоронах он был белее своего офицерского мундира. «Бедный Сергей», - записал о нем в дневнике очевидец.

Отцовскую измену Сергей Александрович объяснял увлеченностью чуждыми России западными (либеральными) идеями. Западническое воспитание, казалось, подтолкнуло Александра и к проведению либеральных реформ, и к супружеской неверности. Злополучное венчание с Долгорукой (о котором Сергей узнал только от адмирала Арсеньева и почти через полгода) произошло тогда же, когда у царя окончательно созрело намерение ввести в России конституцию. Все это вместе - в глазах великого князя - и привело отца к трагической гибели! 1 марта 1881 года Государь был убит.

Сергей Александрович глубоко переживал смерть отца. «Не знаю, с чего начать и как писать, - читаем в его дневнике. - Душа и сердце - все, все разбито и перевернуто. Все ужасные впечатления меня уничтожили». Но в то же время Сергей счел возможным передать брату (Александру III) и прошение Льва Толстого о помиловании убийц. Он был уверен: нельзя начинать новое царствование с казни. Сочетание политического консерватизма с живым христианским чувством было характерной чертой личности Сергея Александровича. Впоследствии это проявится во время его жизни в Москве.

«Несчастья арлекина»

Под влиянием всего перенесенного в 1880 году у Сергея Александровича сложилось твердое убеждение в том, что спасти от нравственной и политической гибели - и отдельно взятого человека, и страну - может только приверженность исторической и духовной традиции, верность Православию и самодержавию.

Естественно, что из-за подобных взглядов Сергей Александрович нажил себе множество врагов в «передовом» русском обществе, охваченном либеральными и даже революционными настроениями. Политические же противники в России, как удивительно точно подметил исследовавший этот вопрос И.Л. Волгин, «редко ограничиваются принципиальной полемикой» - «им важно унизить своего оппонента, указать на его нравственное ничтожество». И здесь пошли в ход появившиеся еще в Петербурге, во время службы великого князя в Преображенском полку слухи о его «ненормальности» и «тайной порочности». Замкнутый, погруженный в духовные переживания, не имеющий вкуса к великосветским увеселениям, великий князь не был принят петербургским высшим обществом. Его осмеивали. Сергей Александрович тяжело переживал унизительные нападки, но никогда не показывал этого окружающим.

«Я… глубоко тебе сочувствую, - писал ему двоюродный брат великий князь Константин Константинович (К. Р.) в начале 1880-х годов, - когда близкие люди не могут тебя постичь и объясняют себе в искаженном виде твои влечения. Тебя почти никто не понимает, и составляют о тебе совсем ложное мнение… В твоем существовании постоянно встречаются des malheurs d’arlequin (дословно в переводе с французского – “несчастья арлекина”, то есть нелепые случайности), конечно, в очень и очень грустном смысле».

Следует сказать, что с детства великий князь Сергей был очень застенчивый человек. Это отмечали многие. Даже когда Сергею Александровичу уже исполнился 21 год, его кузен К. Р. особо отметил в дневнике, что на одном из приемов у них дома - «даже Сергей не конфузился».

В Петербурге не без влияния обращенной против него клеветы великий князь нашел средство и против застенчивости - холодное и непроницаемое («генерал-губернаторское», как скажут впоследствии) лицо. Неприступный вид он будет принимать на публике до конца своих дней В этом и секрет его двойственности: внешне Сергей Александрович - чрезмерно строгий и сухой, внутренне - тонко чувствующий и легко ранимый.

Перед Богом и людьми

Одним из любимых его писателей был Достоевский. Об этом можно узнать из дневников Сергея Александровича и его переписки с двоюродным братом - великим князем Константином Константиновичем, более известным как поэт К.Р. Эти документы до сих пор не опубликованы и фактически неизвестны. С различными их частями знакомились только историк А.Н. Боханов, автор ряда статей о Сергее Александровиче, и литературовед И.Л.Волгин, исследовавший взаимоотношения различных членов царской семьи с Ф.М. Достоевским.

Прежде всего по дневникам и переписке видно, что ближайшим другом Сергея Александровича в течение всей его жизни был именно К.Р., этот августейший поэт, «вестник света» в русской поэзии, как называл его Афанасий Фет. «Я думаю, мы оттого так любим друг друга, что у нас совсем разные характеры и что каждый из нас находит в другом то, чего у самого недостает», - писал об этой дружбе К.Р. В то же время определенное духовное лидерство молча признавалось им за более старшим Сергеем. Он руководил чтением Константина, в том числе духовным: советовал ему читать Ефрема Сирина и открыл ему Достоевского. Весной 1877 года, совершая в качестве гардемарина плавание на фрегате «Светлана», 18-летний К.Р. читал «Бесов», присланных 20-летним Сергеем, и от всей души благодарил его, особенно тронутый «христианскими местами» романа.

Как-то К.Р. присылал брату свои стихи:
К высокой цели твердой волей
Стремися пылкою душой,
Стремись до сени гробовой.
И в этой жизненной юдоли
Среди порока, зла и лжи
Борьбою счастье заслужи!

Борьба Сергея Александровича была преимущественно духовной. Он следовал совету, полученному в юности от Победоносцева: «Храните себя в правде и в чистоте мысли. Во всяком движении сердца и мысли справляйтесь в совести с началом правды Божией. Вам немало говорили об этом в детстве; но что в детстве было натвержено, к тому иногда молодость становится равнодушна, и чего в детстве бывало совестно, того перестают совеститься, когда выходят из детства. Но Вы, свято храня детскую веру, не забывайте ставить себя перед Богом…» И великий князь всегда старался иметь перед Господом чистую совесть. Он молился и пытался смиряться.

В 1883 году великий князь писал бывшему домашнему воспитателю Арсеньеву: «Как прежде я Вам это говорил, так и теперь повторяю - если люди убеждены в чем-либо, то я их не разубежу, а если у меня совесть спокойная, то мне passez-moi ce mot (с французского – “простите за выражение”) - плевать на все людские qu’es qu’a-t-on (пересуды)... я так привык ко всем камням в мой огород, что уже и не замечаю их».

Принцесса Элла

Острота нападок отчасти снизилась, когда в 1884 году Сергей Александрович женился.

Еще в сентябре рокового 1880 года А.Ф. Тютчева в письме желала 23-летнему Сергею, чтобы Господь послал ему девушку, которая создала бы ему домашний очаг, «где бы царили любовь и счастье». «С Вашим характером, - писала добрая Анна Феодоровна, - Вы не можете оставаться одиноким и искать удовольствия там, где по обыкновению находят молодые люди Ваших лет. Для счастья Вам необходима чистая и освященная религией жизнь, как желала для Вас счастья Ваша мать». В соединении Сергея Александровича с Елизаветой Феодоровной - принцессой из Гессен-Дармштадта - есть что-то предопределенное. Они как будто заранее были суждены - сужены - друг другу. Сергей Александрович знал Эллу с рождения. И… даже раньше.

Летом 1864 года семилетний Сережа посетил Дармштадт вместе с матерью, дочерью гессенского герцога Людвига II. Неожиданный визит внес сначала переполох в герцогское семейство, но сердечность и обаяние русских родственников быстро заставили забыть о волнении. Особенно поразил всех маленький Сергей. Он вел себя необычайно учтиво и галантно - особенно с беременной женой наследника Алисой.

Через несколько месяцев дочь Алисы увидит свет и будет наречена Елизаветой (уменьшительно Эллой). Через год Сергей Александрович впервые увидит ее. Впоследствии он еще не раз будет в Дармштадте, и Элла проникнется искренней симпатией к нему. Его благородство и рыцарственность, искренний и правдивый характер всерьез очаруют и увлекут ее. Когда в 1883 году стеснительный Сергей решится все же сделать ей предложение, она будет по-настоящему счастлива. Сергей и Элла необычайно подходили друг другу. У них были схожие интересы. Расставание хотя бы на один день было для обоих тяжким наказанием. Их объединяло живое христианское чувство, стремление помочь ближнему. Уже в подмосковном Ильинском (завещанном Сергею матерью), где молодые провели медовый месяц, они вместе устроили родильный приют. Как могли, старались улучшить крестьянскую жизнь. И были восприемниками множества крестьянских младенцев.

Видя высокую духовную настроенность Сергея Александровича, Елизавета Феодоровна в 1891 году приняла решение перейти из лютеранства в Православие.Великий князь Сергей Александрович с супругой Елизаветой Феодоровной, 1896 год «Это было бы грехом, - писала Елизавета Феодоровна отцу, - оставаться так, как я теперь - принадлежать к одной церкви по форме и для внешнего мира, а внутри себя молиться и верить так, как и мой муж... Моя душа принадлежит полностью религии здесь... Я так сильно желаю на Пасху причаститься Святых Тайн вместе с моим мужем. Возможно, что это покажется Вам внезапным, но я думала об этом уже так долго, и теперь наконец я не могу откладывать этого. Моя совесть мне этого не позволяет».

Признание в Гефсиманском саду

В 1883 году при содействии великого князя начались археологические раскопки в Иерусалиме. Они подтвердили историческую подлинность местоположения Голгофы. Были открыты остатки древних городских стен и ворот времен земной жизни Спасителя. Знаменитый русский археолог А.С. Уваров называл Сергея Александровича «великим князем от археологии».

В 1888 году великокняжеская чета приехала в Палестину на освящение храма Марии Магдалины в Гефсиманском саду. Этот храм возводился на средства Александра III и братьев в память об их матери Марии Александровне. После церемонии освящения Елизавета Феодоровна призналась, что хотела бы быть похороненной здесь. В 1918 году Господь исполнит это ее желание.

Милосердная чета

Ряд исследователей считают, что брак Сергея и Эллы был исключительно духовным. По взаимному согласию они сохранили в браке свое девство. Одна из возможных причин такого решения - близкая степень родства: Елизавета Феодоровна приходилась двоюродной племянницей Сергею Александровичу.

Но их духовное единение в таком случае представляется вдвойне удивительным. Особым образом единодушие супругов проявилось в осуществлении дел милосердия во время нахождения Сергея Александровича на посту генерал-губернатора. Сразу после вступления в новую должность в 1891 году великий князь Сергей обратил внимание московского митрополита Иоанникия на то, как много в столице детей, оставшихся без попечения родителей. В апреле следующего года в генерал-губернаторском доме на Тверской* было открыто Елизаветинское общество попечения о детях. При 11 городских благочиниях стали действовать 220 комитетов общества, повсюду организовывались ясли и детские приюты. Уже в конце апреля в приходе Рождества Богородицы в Столешниках открылись первые ясли на 15 детей грудного возраста, взятые под особое покровительство великого князя Сергея. Оба супруга помогали всем новым яслям и садам. Для беднейших детей устанавливались их именные стипендии.

С высоким назначением Сергея Александровича совпала трагедия в семейной жизни его брата Павла. Однажды вместе с братом в Ильинское приехала погостить его двадцатилетняя жена Александра Георгиевна, бывшая на сносях. Неожиданно у нее начались роды. С появлением на свет сына она умерла. Сергей Александрович был безутешен, виня себя во всем происшедшем.

Он принял самое деятельное участие в выхаживании родившегося семимесячным Дмитрия Павловича: укутывал новорожденного ватой, клал его в колыбель, согреваемую бутылками с горячей водой (инкубаторы тогда были редкостью). Лично купал младенца в специальных бульонных ванночках, как рекомендовали врачи. И ребенка удалось выходить!

Впоследствии Сергей Александрович немало занимался судьбой Дмитрия и его старшей сестры Марии. Всегда приглашал их на лето в Ильинское или в свое второе имение Усово и прилагал все старания, чтобы они чувствовали себя там как дома. Когда Павел Александрович заключил морганатический брак с мадам Пистолькорс и был из-за этого удален из пределов империи, Сергей Александрович с супругой стали приемными родителями Дмитрия и Марии.

Мария Павловна пишет, что и раньше, когда они приезжали только на лето, Сергей Александрович всегда с нетерпением ждал их приезда. Он запомнился Марии Павловне стоящим на балконе своего дома и радостно улыбающимся при приближении их экипажа. «В полумраке вестибюля, где было прохладно и приятно пахло цветами, дядя нежно заключал нас в свои объятия: “Наконец-то вы здесь!”» (из воспоминаний Марии Павловны).

Последней в дневнике великого князя накануне его убийства была запись о Дмитрии и Марии: «… читал детям. Они в восторге от вчерашней оперы».

«Проклятый» вопроc

Сергей Александрович задался целью разрешить «проклятый» для тогдашней России рабочий вопрос. Он прилагал все старания для улучшения жизни рабочих, видя необходимость в первую очередь в организации обществ взаимопомощи. Рабочие получали возможность законным образом направлять свои претензии работодателям. А в случае неисполнения их требований - послать свой протест непосредственно в государственные органы. Ни много ни мало - в полицию! Это было удивительное время. Полицейские чины под руководством С.В. Зубатова, ближайшего помощника великого князя, рассматривали рабочие жалобы, а фабриканты скрепя сердце спешили их удовлетворять. Крупный московский заводчик Юлий Гужон, не желавший выполнять справедливые требования своих работников, получил полицейское предписание в течение 48 часов покинуть пределы России и удалиться в родную Францию.

Общества рабочей взаимопомощи создавались при непременном участии священников и обращались к идеалам Евангелия. Это были своего рода христианские профсоюзы. В феврале 1902 года в Москве произошли студенческие беспорядки, революция наступала. Но 19 февраля 1902 года, в день освобождения крестьян, Сергей Александрович вместе с Зубатовым организовали 50-тысячную патриотическую рабочую демонстрацию с возложением венков к памятнику царю-освободителю в Кремле.

Подобная политика возбуждала злобу как революционеров, так и капиталистов. Последним при помощи тогда еще всесильного министра финансов Витте удалось добиться удаления Зубатова из Москвы и свертывания рабочих организаций (спрашивается, кого в такой ситуации называть «реакционером» и «ретроградом»?).

Ходынка

Богословский также отмечал, что, «когда случилась известная катастрофа на Ходынском поле», ответственность свалили на Сергея Александровича - «может быть, и несправедливо».

Напомним, что после трагедии пострадавших навещали в больницах Николай II и Александра Феодоровна, а также отдельно от них Мария Феодоровна. Большинство из раненых говорили, что только они сами «во всем виноваты» и просят прощения за то, что «испортили праздник».

По воспоминаниям толстовца В. Краснова, люди накануне злополучного праздника будоражили себя слухами о том, что на следующий день прямо из земли будут бить фонтаны вина и пива, появятся диковинные животные и прочие чудеса. К утру общее настроение неожиданно переменилось на «озлобленное», по выражению Краснова, даже «зверское». Народ устремился к подаркам, чтобы скорее попасть домой, и произошла смертоубийственная давка.

Последние дни

1 января 1905 года Сергей Александрович ушел в отставку, но продолжал командовать Московским военным округом и оставался опасным для революционеров. На него открыли настоящую охоту. Каждый день Сергей Александрович получал записки угрожающего содержания. Никому не показывая, он рвал их в клочки. Во время жизни в Москве великий князь Сергей и Елизавета Феодоровна любили останавливаться в Нескучном дворце. По устоявшейся в их семье традиции в ночь с 31 декабря на 1 января 1905 года, в день памяти Василия Великого, здесь была отслужена Всенощная и Литургия. Все причастились Святых Христовых Тайн. Вечером 9 января великокняжеская чета была вынуждена перебраться в Кремль, откуда Сергей Александрович каждый день неизменно отправлялся в генерал-губернаторский дом. Зная о том, что готовится покушение, он перестал брать с собой адъютанта, а полицейскому сопровождению велел держаться на безопасном расстоянии от своего экипажа. 4 февраля в обычное время великий князь выехал в карете из ворот Никольской башни Кремля - и был разорван «адской машиной», брошенной террористом Иваном Каляевым.

Носилки, на которые обезумевшая от горя Елизавета Феодоровна собрала останки мужа, были принесены в Алексеевский храм Чудова монастыря. Именно здесь маленький Сергей отстоял когда-то архиерейскую службу.

Молясь у растерзанного тела великого князя, Елизавета Феодоровна почувствовала, что Сергей будто чего-то ждет от нее. Тогда, собравшись с духом, она отправилась в тюрьму, где был заключен Каляев, и принесла ему прощение от имени Сергея, оставив заключенному Евангелие.

10 февраля было совершено отпевание. Из родственников Сергея Александровича на нем присутствовали только Елизавета Феодоровна, К.Р., Павел Александрович и его дети.

Драгоценный покров

Aвтор: сотрудник Института Европы АН РФ свящ. Василий Секачев