Андрей Деллос: «Я построил дворец. Вячеслав Стародубцев: “Турандот – это мистическое отражение любви и смерти…” Дворец турандот отражался в озере
Джакомо Пуччини
Либретто Дж. Адами и Р. Симони. Заключительный дуэт и финал закончен Франко Альфано.
Первое представление состоялось 25 апреля 1926 г. в Милане
Действие первое
Шумные толпы народа окружают древние стены императорского дворца в Пекине. Люди взволнованы - вновь, в который уже раз, они слышат голос Мандарина, торжественно объявляющего указ Сына неба, императора Альтоума: каждый, кто желает добиться руки его дочери, прекрасной принцессы Турандот, должен суметь правильно ответить на три ее загадки. Неудачника неминуемо постигнет суровая кара - смерть; его отрубленная голова прибавится к тем, что уже украшают стены дворца... Многие смельчаки поплатились жизнью из-за прихоти жестокосердной Турандот. Но нет им конца; наслышавшись об ослепительной красоте дочери китайского императора, юноши один за другим прибывают в город - и гибнут... Вот и сейчас: только лишь первые лучи восходящего солнца обагрят крыши старинных пагод, будет обезглавлена очередная жертва - юный персидский принц. Толпа приходит в движение. С минуты на минуту ждут появления Турандот; тогда-то и разыграется кровавая сцена. В начавшейся сутолоке сбивают с ног слепого, немощного старика. Его спутница, молодая девушка, громко взывает о помощи. И эта помощь незамедлительно является в виде решительного и сильного юноши. Нетрудно себе представить удивление и радость Калафа - таково имя спасителя, - когда в упавшем он неожиданно узнает своего отца, татарского хана Тимура! Свергнутый с трона коварными недругами, несчастный старик уже несколько лет скитается па чужбине. Единственным его подспорьем до сегодняшнего дня была одна лишь преданная невольница Лю. Девушка с восторженной почтительностью приветствует принца Калафа - в ее сердце никогда не угасала любовь к нему... Окруженный стражниками, на площади появляется персидский принц. Близ него палач со своими слугами. И в то же мгновение на балконе дворца показывается сама Турандот, которая, как всегда, жаждет насладиться кровавым зрелищем. Напрасны просьбы народа пощадить бедного персиянина - в сердце гордой красавицы нет ни сострадания, ни жалости, ни любви. По се повелению чужеземца казнят и на крепостную стену зловещим силуэтом падает тень палача - его высоко поднятая рука показывает всем отрубленную голову. Гневные проклятья, только что срывавшиеся с уст Калафа, внезапно обрываются - первого же взгляда, брошенного им на Турандот, достаточно, чтобы в душе юноши вспыхнула страстная любовь к ней. Что ж, видно настал и его черед испытать судьбу. Тщетно пытаются старый Тимур и верная Лю отговорить его от безумной затеи. Напрасны усилия и трех императорских приближенных - Пинга, Панга и Понга, заведомо предрекающих неизвестному им чужестранцу неминуемую гибель. Толпа людей чуть ли не силой старается удержать упрямца. Но, ослепленный необыкновенной красотой Турандот, Калаф глух к уговорам и мольбам окружающих. Трижды ударяет он в могучий гонг - таков символический знак о прибытии нового претендента - и двери императорского дворца медленно распахиваются перед ним.
Действие второе.
К а р т и н а п е р в а я. Незавидна судьба придворных Альтоума - великого советника Пинга, великого прорицателя Панга и великого повара Понга. В тревожных и горестных раздумьях коротают они ночь. О, как бы хотелось каждому из них удалиться от беспокойных государственных дел и, покинув Пекин, наслаждаться тихими прелестями жизни на лоне природы! Так нет же - волей-неволей они вынуждены быть свидетелями кровавой игры, затеянной Турандот, - игры, длящейся уже не первый год. Народ ропщет, он устал от бесцельных кровопролитий... Скоро рассвет, а с ним очередное испытание. Что ждет безымянного храбреца - жизнь или смерть? А если опять смерть, то когда же наконец явится тот, кто разгадает хитроумные загадки Турандот и, внушив ей любовь, принесет долгожданное успокоение стране?
К а р т и н а в т о р а я. Вновь заполнен народом просторный двор императорского дворца. На высоком троне, под роскошно изукрашенным балдахином восседает сам Сын неба - могущественный Альтоум. Он предупреждает пришельца - пока что не поздно отказаться от рискованного поединка с Турандот. Мудрому совету императора единодушно вторят окружающие его советники, царедворцы, народ. Еще раз напоминает Калафу Мандарин: один лишь неверный ответ - и не уйти ему от острой секиры палача. Но юноша смело восклицает: «Сын неба, отдай приказ об испытании!». Во главе многолюдной свиты появляется Турандот. Принцессе сопутствуют мудрецы с шелковыми свитками в руках - в них скрыты ответы на ее загадки. С радостью предвкушает Турандот очередную победу... и очередную казнь. Она ненавидит всех мужчин, но в особенности мужчин-чужестранцев. Когда-то, гласит предание, в стародавние времена чужеземный завоеватель обесчестил китайскую принцессу из той же династии, к которой принадлежит и она, дочь Альтоума. Этот страшный позор может быть смыт только кровью, а потому пусть же и впредь летят головы безрассудных мужчин! Тем более, что холодной гордячке Турандот незнакомо чувство любви... ...Что так сильно манит человека ночью, умирает утром, но вновь ярким видением возвращается на следующую ночь? - надменно вопрошает она Калафа. Надежда, что влечет к Турандот, - отвечает тот. И свитки мудрецов подтверждают - да, надежда. Верен и второй ответ юноши: то, что пылает подобно пламени, но не пламя - это огонь в крови человека, сгорающего от любви к Турандот. Остается третья загадка - последняя и самая трудная. Что подобно льду, но от огня замерзает? Долго молчит Калаф. Глубокое волнение охватывает императора и его свиту, Тимура и Лю, всех собравшихся. Слышатся слова ободрения и поддержки... Не сомневаясь в своем триумфе, Турандот уже готова торжествовать победу, но в последний момент любовь все же подсказывает юноше правильный ответ: это она сама, Турандот! И, счастливый, добавляет: но жар его страсти растопит лед ее сердца! Обескураженная, не в силах скрыть растерянности и страха, Турандот умоляет своего отца: пусть он отменит указ и возьмет назад данное в нем обещание; она не желает быть женой незнакомца! Но император тверд и непреклонен: тот, кто, рискуя жизнью, разгадал три загадки, тот и получит в жены его дочь. И народ громкими возгласами выражает одобрение этим справедливым словам. Но вдруг происходит неожиданное. Победитель к полному изумлению всех отказывается от своих законных прав. Турандот ненавистен предстоящий брак? Он не будет ее неволить! Не посрамленную обидным поражением принцессу хотел бы он назвать своей женой, а искренне любящую его женщину. Пусть будет так: загадку теперь загадает он, а ответ на сей раз поищет она. Никто в Пекине, кроме родного отца и верной рабыни, не знает имени Калафа. Впереди длинная ночь. Удастся Турандот к восходу солнца разгадать его имя - что ж, он сам добровольно сложит голову на плахе... Император Альтоум выражает согласие с этим условием.
Действие третье.
К а р т и н а п е р в а я. Под страхом смертной казни ни одному человеку в Пекине не дозволено спать этой ночью, - возвещают глашатаи приказ Турандот. Каждый житель города обязан сделать все, чтобы во дворце узнали в конце концов подлинное имя Неизвестного принца. Разведает Турандот эту тайну - и тогда на утренней заре покатится с эшафота еще одна отрубленная голова. Нет - Плохо придется ее подданным! ...А в это время Калаф, обуреваемый радужными надеждами, одиноко бродит по аллеям императорского парка. Он не сомневается в своем счастливом будущем, ибо нет в китайской столице человека, который смог бы помочь принцессе. Только от пего самого - и никого другого! - услышит она это имя- Калаф… Неожиданно перед юношей возникают три маски. Это все те же неразлучные царедворцы - Пинг, Панг и Понг. Они умоляют Неизвестного покинуть город - тысячам его жителей грозит на рассвете мучительная гибель, если разгневанная Турандот так и не доищется ответа на загадку. Толпа народа, плотным кольцом окружившая Калафа, просит его о том же. Но он неумолим; ни щедрые посулы, ни призывы к состраданию, ни даже угрозы разъяренных горожан не могут заставить его отказаться от мечты быть любимым Турандот... Стража вводит старого Тимура и его неизменную спутницу - Лю. Этих людей видели разговаривающими с Неизвестным принцем. Кому, как не им, знать его имя? Да, бесстрашно отвечает Лю, ей, и только ей одной известно настоящее имя незнакомца, но никто и ничто не заставит ее проговориться. А догадывается ли девушка, какие мучения ее ожидают, какие жестокие пытки уготованы ей палачом? - неожиданно появившись, спрашивает Турандот. Люди в гневе подступают к несчастной. Все требуют, чтобы она заговорила и избавила бы их от угроз мстительной принцессы. Но девушка по-прежнему хранит свою тайну, и к делу тогда приступает палач... Тщетны попытки Калафа помочь беззаветно любящей его Лю - юношу отталкивают прочь. Не в силах далее переносить страданий, верная невольница быстрым движением выхватывает кинжал из-за пояса палача и закалывает себя. Турандот изумлена: что могло толкнуть девушку на такое самопожертвование? Любовь,- слышит она в ответ. Любовь, которую вскоре суждено испытать и той, что «заковала сердце в лед»,- надменной дочери императора. Безутешен в своем горе одинокий Тимур; его скорбь разделяет и народ. Траурный кортеж медленно покидает дворцовый парк. Турандот и Калаф остаются одни. ...Вдали чуть заметно начинает светлеть край небосвода. Близится утро. И, неожиданно, поддавшись порыву страсти. Калаф заключает Турандот в свои объятия. Она пытается оттолкнуть юношу и... отвечает на его поцелуй. Наконец-то в сердце принцессы вспыхивает, любовь! Счастливый Калаф раскрывает ей се крет своего имени.
К а р т и н а в т о р а я. При огромном стечении народа, под громкие звуки праздничного марша, Турандот, рука об руку с Калафом, приближается к трону императора. Радостно объявляет она своему отцу: имя незнакомца - любовь! Альтоум и все остальные с ликованием приветствуют молодую чету, вознося единодушную хвалу солнцу жизни - любви.
«Турандот» - это одна из самых ярчайших «фьяб» итальянского писателя и автора удивительных пьес Карло Гоцци. В ней разворачиваются драматические действия вокруг главного героя принца Калафа – сына Астраханского царя Тимура. В результате вероломных сражений земли царя Тимура были захвачены Хорезмийским владыкой, а поверженный царь Тимур бежал от угрозы расправы вместе с супругой и сыном Калафом. После долгих скитаний по соседским землям, Калаф оставил отца и мать в безопасном месте и отправился в Пекин. Здесь он встретил своего бывшего учителя Бараха, который под именем Хассан жил с вдовой Скириной и ее дочерью Зелимой. Барах поведал Калафу о китайской принцессе Турандот, которая жестоко расправлялась с претендентами на ее сердце.
По приказу принцессы все, кто желал ее сердца, должны были отгадать три загадки. Тем, кто не справлялся с испытанием, отрубалась голова и вывешивалась на стену. Калафа был поражен таким зверским обычаем. В это время с площади шел воспитатель одного принца, который попытался пройти испытания принцессы, которому отрубили голову и повесили на городскую стену. Он в ярости вышвырнул портрет принцессы Турандот на землю. Калаф, поднял портрет, чтобы рассмотреть, ради кого так безумно лишаются жизни молодые принцы всех земель. И тут его самого захлестнуло пламя любви к девушке с портрета. Сколько бы не отговаривал Барах своего друга, все тщетно. Калаф решил отправиться во дворец и попытать счастья.
Пекинский царь Альтоум и его придворные с удивлением встретили еще одного претендента на сердце принцессы Турандот. Более того, взглянув на него, они искренне пожалели этого безумца, потому что он оказался хорош и статью, и манерами, и умом. Но Калаф не пожелал отступать и настаивал на готовности пройти все испытания. «Я жажду смерти – или Турандот!» восклицал Калаф каждый раз, когда Альтоум пытался уговорить беднягу отказаться проходить испытания. Все уговоры были тщетными. Собрали Диван и пригласили принцессу, которая при первом же взгляде на незнакомца почувствовала. Турандот загадала все три загадки, которые Калаф отгадал, чем поразил всех присутствующих. Гордая Турандот, вопреки приказу отца, самовольно решила провести еще одно испытание. Но остроумный Калаф предложил разгадать свою загадку: «что это за отец и сын, которые имели все и все потеряли?». В случае, если принцесса отгадает загадку, то Калафа не минует смерть, а если не угадает – то свадьбе быть.
Всю ночь хитрые прислужницы принцессы, Адельма и Зелима, пытались выведать имена «сына и его отца». Калаф с легкостью разгадал намерения Турандот хитростью, с помощью служанок, выведать отгадку его загадки. Но, случайно проговорился Адельме, которая давно полюбила Калафа, еще во времена его странствий и нахождения во владениях отца Адельмы, которая рассказала правду о смерти своей матери. А царя Тимура, прибывшего во дворец, вместе с Барахом заключили под стражу, не получив никакого ответа.
На утро состоялся Диван, на который принцесса Турандот пришла в трауре. Все присутствующие с нетерпением ожидали развязки испытаний. И принцесса с легкостью провозгласила имена «отца и сына», благодаря Адельме. Калаф готов был себя убить, и тут сердце Турандот растопилось. Она больше не в силах была скрывать свои чувства к Калафу и бросилась в его обьятия. Все счастливы, кроме Адельмы. От ревности она готова была лишить себя жизни. Но ее остановил император Альтоум, разрешив ей вернуться к отцу, во владения Хорасанского царства.
Принцесса Турандот молит Бога простить ее за бессердечность и жестокость. А свадьба с Калафом принесет много радости и счастья.
В этой пьесе говорится о торжестве настоящей любви, самоотверженности и отваге. И только искренность и истинные чувства показывают красоту и гармонию окружающих людей.
Картинка или рисунок Турандот
Другие пересказы и отзывы для читательского дневника
- Краткое содержание Куприн Завирайка
Ранней весной двое охотников пошли в снежный лес поохотится на зайцев, и взяли с собой охотничьего пса Завирайку. За охотниками увязалась стая деревенских собак многочисленная и шумная.
- Краткое содержание Пантелеев На ялике
Солнечным июльским утром рассказчик ожидал переправы на ялике. Сидя у воды, он радовался погожему дню и старался не думать о бушевавшей неподалеку войне.
- Краткое содержание сказки Гуси-лебеди
Отправляются родители на работу и наказывают старшей дочери, чтобы присматривала за младшим братом. - За это мы привезём тебе сладких пряников и обновку из города.
- Краткое содержание Житие Александра Невского
Князь Александр был отпрыском великого князя Ярослава. Он был мощным, разумным и смелым. Однажды король Римской веры из Полуночной страны пожелал захватить территорию князя.
- Краткое содержание Тургенев Отцы и Дети
Роман Тургенева «Отцы и дети» начинается с того, что дворянин Николай Петрович Кирсанов, владелец поместья Марьино, ожидает приезда своего сына Аркадия Кирсанова, который возвращается из Петербурга, окончив университет
СОЗДАТЕЛЬ «ФАНТАСТИЧЕСКОГО РЕАЛИЗМА» В ТЕАТРЕ
Евгений Богратионович Вахтангов - выдающийся режиссер, актер, педагог.
Основатель и руководитель Студенческой драматической студии (1913), с 1921 года - 3-я Студия МХТ, а с 1926 года - Театр имени Евгения Вахтангова.
Родился в городе Владикавказе в русско-армянской купеческой семье. Его отец был крупным табачным фабрикантом и надеялся, что сын продолжит его дело.
Вахтангов еще в гимназические годы увлекся театром и решил посвятить ему всю свою жизнь. Несмотря на запреты отца, Евгений в гимназические годы много и успешно выступал на любительских сценах Владикавказа.
Окончив гимназию, поступил в Московский университет на физико-математическое отделение и сразу же влился в студенческий театральный кружок. На втором курсе Евгений Вахтангов перешел на юридический факультет и в том же году дебютировал как режиссер, поставив студенческий спектакль «Педагоги» по пьесе О. Эрнста. Спектакль состоялся 12 января 1905 года и был дан в пользу нуждающихся.
Со своим отцом Вахтангов рассорился окончательно, когда женился на своей школьной подруге - Надежде Михайловне Бойцуровой. Вскоре у них родился сын Сережа. Отец был просто в ярости, он жалел, что дал сыну образование, и лишил его наследства.
В студенческие годы, часто приезжая из Москвы во Владикавказ, Вахтангов пытается и в родном городе организовать свой театр, он мечтает о том, чтобы здание фабрики отца было отдано под театр.
В 1904-1905 годах Вахтангов участвует в нелегальных сходках молодежи. В день декабрьского восстания 1905 года строит баррикады в одном из московских переулков, участвует в создании санитарной помощи раненым.
Летом 1909 года Евгений Вахтангов руководит Владикавказским художественно-драматическим кружком и ставит в нем пьесы «Дядя Ваня» А. П. Чехова и «У врат царства» К. Гамсуна. Его отец снова был в ярости, считая, что расклеиваемые по городу афиши спектаклей с фамилией Вахтангов позорят его и наносит моральный ущерб фабрике.
Лето 1910 года Вахтангов снова проводит во Владикавказе, вместе с женой и маленьким сыном Сережей. Евгений Богратионович ставит здесь оперетту местного автора М. Попова, которая шла с успехом во Владикавказе и Грозном.
Вахтангов оставил юридический факультет и поступил в Школу драмы А. Адашева в Москве, по окончании которой в 1911 году был принят в труппу Московского Художественного театра.
Вскоре на молодого актера обратил внимание К. С. Станиславский. Он поручил Вахтангову вести практические занятия по своей методике актерского мастерства в Первой студии МХТ. Со временем Вахтангову стали казаться тесными жесткие рамки рекомендаций Станиславского. Он увлекся театральными идеями Всеволода Мейерхольда, но довольно скоро их отверг. У Евгения Вахтангова формируется свое понимание театра, довольно отличное от Станиславского, которое он сформулировал в одном коротком лозунге - «фантастический реализм». На основе этого «фантастического реализма» Вахтангов и построил теорию собственного театра.
Как и Станиславский, он считал, что главным в театральном спектакле является, естественно, актер. Но Вахтангов предлагал жестко отделить личность исполнителя от того образа, который он воплощает на сцене.
Вахтангов начал ставить спектакли по-своему. Декорации в них состояли из самых обычных бытовых предметов. На их основе, с помощью света и драпировок, художники создавали фантастические виды сказочных городов, как, например, это было сделано в последнем и самом любимом вахтанговском спектакле «Принцесса Турандот».
В костюмы актеров Вахтангов тоже предлагал внести изменения. Например, на современный костюм надевался необыкновенный театральный халат, расшитый и разукрашенный. Чтобы еще более подчеркнуть условность происходящего на сцене, актеры надевали костюмы прямо на глазах у публики, таким образом в считанные секунды перевоплощаясь из актера в персонаж пьесы. Впервые в истории театра возникла граница между персонажем и артистом. Сам Вахтангов, восторженно принявший революцию 1917 года, считал, что такая манера актерской игры вполне соответствует новому времени, ведь и революция резко отделяла новый мир от старого, уходящего.
После революции 1917 года Вахтангов пытался создать новый не элитарный, но «народный» театр. С утра до вечера он был на ногах - репетиции проходили в трех студиях: МХТ, еврейской студии «Габима» и в труппе Народного театра, уроки, подготовка спектакля к годовщине революции.
Всего за год до смерти он основал Третью студию МХТ, ставшую позднее Государственным театром имени Е. Б. Вахтангова.
По сказке итальянского драматурга Карло Гоцци Вахтангов, уже незадолго до смерти, ставит «Принцессу Турандот». Этим спектаклем он открыл новое направление в театральной режиссуре. Используя персонажи-маски и приемы итальянской комедии дель арте, Вахтангов наполнил сказку современными проблемами и злободневными вопросами.
Все, что происходило в послереволюционной России, герои сказки тут же со сцены обсуждали по ходу действия. Однако современную проблематику Вахтангов предлагал преподносить не прямо, а в виде своеобразной игры - полемики, споров или диалогов героев друг с другом. Таким образом актеры не только произносили заученный текст пьесы, но давали характеристики, нередко весьма ироничные и злые, всем событиям, происходящим в стране.
В ночь с 23 на 24 февраля 1922 года состоялась последняя репетиция в жизни Вахтангова. Репетировал он в шубе, обмотав голову мокрым полотенцем. Вернувшись домой после репетиции, Вахтангов лег и более уже не вставал.
После первого репетиционного прогона «Принцессы Турандот» Константин Сергеевич Станиславский сказал своему гениальному ученику, уже не встававшему с постели, что тот может заснуть победителем.
«Принцесса Турандот» стала последней работой Вахтангова, он не дожил всего несколько недель до премьеры.
Официальный сайт Российского академического театра им. Е. Вахтангова.
ВЗГЛЯД ПОЭТА
Серафим -- на орла! Вот бой! --
Примешь вызов? -- Летим за тучи!
В год кровавый и громовой --
Смерть от равного -- славный случай.
Гнев Господень нас в мир изверг,
Дабы помнили люди -- небо.
Мы сойдемся в Страстной Четверг
Над церковкой Бориса -- и -- Глеба.
Марина Цветаева. Евгению Багратионовичу Вахтангову (1918)
МЕЙЕРХОЛЬД О ВАХТАНГОВЕ
Станиславский правильно определяет образ Вахтангова: «Вождь». «Режиссера подготовить не так трудно, но как найти вождя».
Свойства вождя имел Сулержицкий, вождем был и Вахтангов.
Загляните в особняк на углу Арбата и Николо-Песковского переулка. Посмотрите, как живет и работает Третья студия МХТ.
То, что здесь сорганизовано, - дело рук именно вождя.
[…] Последние работы Вахтангова показали нам, что именно здесь - в Третьей студии МХТ, и в «Габиме», где он работал, - производились те новые опыты, которые действительно помогали искусству театра продвигаться вперед.
[…] Если взять только одно «Чудо св. Антония» в трактовке Вахтангова, мы увидим, как много сделал этот мастер для того, чтобы дать театру то, чего ему недоставало. Неореализм был выкован тут так просто и ярко, главное - так здорово, по-нашему.
«Праздник мира», «Потоп», «Росмерсхольм» - это были только «пробы пера» и даже «Эрик XIV» - это еще только попытки.
Но вот уже «Чудо св. Антония», и «Гадибук», и «Принцесса Турандот» - ступени вверх.
Но и это только преддверие.
Он приготовил себя, чтобы начать, и… умер.
Невольно вспоминается другая такая же бестактная, такая же не ко времени пришедшая смерть, сбросившая в могилу Скрябина. Вся его короткая жизнь была лишь «предварительное действо».
В.Э. Мейерхольд. Памяти вождя.
http://teatr-lib.ru/Library/Vahtangov/Vahtang/#_Toc149071249
ВАХТАНГОВ О СВОЕМ ТЕАТРЕ
Константин Сергеевич однажды рассказывал о работе над одной из чеховских пьес: «Сидим мы у буфета расстроенные, полумрак, все очень грустные. Ничего не выходит. Вдруг слышим - что-то скребет. Мышь. Стали слушать молча, почувствовали, что наступило нужное настроение».
И тут я вдруг понял. Я понял, что секрет успеха чеховских пьес в Художественном театре - в верно найденных театральных средствах.
Из всех режиссеров русских единственный, кто чувствовал театральность, - это Мейерхольд. Он в свое время был пророком и потому не был принят. Он давал вперед не меньше как на десять лет. Мейерхольд делал то же самое, что и Станиславский. Он тоже убирал театральную пошлость, но делал это при помощи театральных средств.
Условный театр был необходим для того, чтобы сломать, уничтожить театральную пошлость. Через убирание театральной пошлости условными средствами Мейерхольд пришел к настоящему театру.
Константин Сергеевич, увлекаясь настоящей правдой, принес на сцену натуралистическую правду. Он искал театральную правду в жизненной правде. Мейерхольд же пришел через условный театр, который он сейчас отрицает, к настоящему театру. Но, увлекаясь театральной правдой, Мейерхольд убрал правду чувств, а правда должна быть и в театре Мейерхольда и в театре Станиславского.
Станиславский, увлекаясь правдой вообще, внес на сцену жизненную правду, а Мейерхольд, убирая жизненную правду со сцены, в своем увлечении убрал и театральную правду чувств. И в театре и в жизни чувство - одно, а средства или способы подать это чувство - разные. Куропатка одна и та же - и дома и в ресторане. Но в ресторане она так подана и так приготовлена, что это звучит театрально, дома же - она домашняя, не театральная. Константин Сергеевич подавал правду правдой, воду подавал водой, куропатку куропаткой, а Мейерхольд убрал правду совсем, то есть он оставил блюдо, оставил способ приготовления, но готовил он не куропатку, а бумагу. И получилось картонное чувство. Мейерхольд же был мастером, подавал по-мастерски, ресторанно, но кушать это было нельзя. Но ломка театральной пошлости средствами условного театра привела Мейерхольда к подлинной театральности, к формуле: зритель ни на одну секунду не должен забывать, что он в театре. Константин Сергеевич через свою ломку пришел к формуле: зритель должен забыть, что он в театре.
Совершенное произведение искусства вечно. Произведением искусства называется такое произведение, в котором найдена гармония содержания, формы и материала. Константин Сергеевич нашел только гармонию с настроениями русского общества того времени, но не все, что современно, - вечно. Но то, что вечно, - всегда современно. Мейерхольд никогда не чувствовал «сегодня», но он чувствовал «завтра». Константин Сергеевич никогда не чувствовал «завтра», он чувствовал только «сегодня». А нужно чувствовать «сегодня» в завтрашнем дне и «завтра» в сегодняшнем.
Когда началась революция, мы почувствовали, что в искусстве не должно быть так, как раньше. Мы еще не знали формы - настоящей, той, какая должна быть, и поэтому она у нас в «Антонии» получилась какая-то переходная. Следующим этапом будет искание формы вечной. В пьесах Чехова жизненные средства совпали с театральными. Сейчас театральные средства, которые мы употребляем в «Антонии» - «клеймить буржуа», - совпали с требованиями жизни, с требованиями современности. Но это время пройдет. Перестанут клеймить, потому что социализм - это не есть общество пролетариев, это общество равных, довольных, сытых людей. Когда исчезнет нужда и всякое понятие о нужде, не будет никакой надобности клеймить буржуазию. Таким образом средства, которые мы выбрали, перестанут тогда быть театральными. Надо найти настоящее театральное средство. Надо найти вечную маску.
Е.Б. Вахтангов. Две беседы с учениками.
http://teatr-lib.ru/Library/Vahtangov/Vahtang/#_Toc149071234
РУССКАЯ ЖИЗНЬ СТАРОЙ ИТАЛЬЯНСКОЙ СКАЗКИ
Влияние драматургии Карло Гоцци на развитие русской театральной сказки можно рассматривать в двух направлениях. Во-первых, это собственно постановки его сказок для театра на российской сцене, во-вторых, это воздействие сложившейся в них эстетики на сам жанр пьесы-сказки, причем степень знакомства с ним русского читателя и зрителя очень менялась в зависимости от идейных и эстетических предпочтений эпохи. В ХIХ веке, в пору классического реализма, Гоцци еще не был даже переведен на русский язык, победителем в отечественном театральном репертуаре стал его побежденный при жизни соперник Карло Гольдони.
Подлинный интерес к наследию Гоцци возник в атмосфере бурных эстетических новаций эпохи «серебряного века»… Крупнейшим событием в сценической истории сказок Гоцци стал легендарный спектакль «Принцесса Турандот» в постановке Евгения Вахтангова (1922), превратившийся не только в символ театра его имени, но и в символ театрального направления, театральной школы. Вахтангов поставил «Турандот» как ироническую сказку, в которой актеры играли не самих героев, а актеров венецианской театральной труппы, разыгрывающих «Принцессу Турандот». Это была «шкатулка» даже не с двойным, а с тройным дном. Так любовное соперничество Турандот и Адельмы накладывалось на актерское соперничество двух примадонн труппы и их борьбу за сердце героя-любовника, играющего Калафа... В целом, эстетика этой уникальной постановки работала на вахтанговскую концепцию театра-праздника, и важно отметить, что хотя Вахтангов поставил со своими учениками не один спектакль, именно стиль «Принцессы Турандот» оказался определяющим для будущего театра, обозначив центральную проблему сценической интерпретации Гоцци - выбор жанра, то есть, в сущности, выбор взгляда современного человека на сказку.
собирая полную залу. Это приостановило на время прежние разговоры.
Моя фантастическая пьеса не умерла тотчас же после своего рождения. Ее
играют ежегодно с неизменным успехом - единственной причиной ярости ее
сказочных врагов.
Действующие лица
Турандот - принцесса Китайская, дочь Альтоума.
Альтоум - император Китайский.
Адельма - принцесса Татарская, любимая невольница Турандот.
Зелима - другая невольница Турандот.
Скирина - мать Зелимы, жена Бараха.
Барах - под именем Хассана, бывший воспитатель Калафа.
Калаф - принц ногайских татар, сын Тимура.
Тимур - царь Астраханский.
Измаил - бывший воспитатель царевича Самаркандского.
Панталоне - секретарь Альтоума.
Тарталья - великий канцлер.
Бригелла - начальник пажей.
Труффальдино - начальник евнухов сераля Турандот.
Восемь мудрецов китайского Дивана.
Многочисленные невольницы | прислуживающие
} в серале.
Многочисленные евнухи. |
Действие происходит в Пекине и его предместьях. Все действующие лица носят
китайскую одежду, кроме Адельмы, Калафа и Тимура, одетых по-татарски.
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
Видна городские ворота в Пекине, утыканные поверху железными копьями, на
которые кое-где насажены бритые головы.
ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ
Калаф, входящий из-за кулисы; затем Барах.
Мне и в Пекине удалось найти
Приветливую душу.
(выходя из города)
Быть не может!
Кого я вижу? Принц Калаф! Он жив?
(с удивлением)
Мой принц...
Ты здесь!
Вы здесь! Вы живы!
Молчи! Не выдавай меня, прошу!
Но расскажи: как ты попал сюда?
Когда под Астраханью ваше войско
Не устояло, и ногайцы, дрогнув,
Бежали, и свирепый хорезмийский
Султан, насильник дикий и захватчик
Державы вашей, начал все кругом
Опустошать, я, раненный и скорбный,
Укрылся в Астрахань. Там я узнал,
Что царь Тимур, родитель ваш, и вы
Погибли в сече. Я, пролив слезу,
Помчался во дворец спасать Эльмазу,
Родительницу вашу, но напрасно!
Меж тем неистовый султан Хорезма,
Никем не отражаемый, вступил
С войсками в Астрахань. Пришлось и мне
Бежать из города. Так после долгих
Скитаний я добрался до Пекина
Под видом персиянина Хассана.
Здесь повстречался я с одной вдовой,
Измученной несчастьями. Я ей
Помог советами, помог деньгами,
Продав свои алмазы, и поправил
Ее дела. Она мне приглянулась;
Я тронул сердце ей; мы поженились;
Однако даже для моей супруги
Я - персиянин, именем Хассан,
А не Барах. У ней я и живу,
Бедней, чем был когда-то, но сейчас
Я счастлив, потому что принц Калаф,
Мной вскормленный, как сын родной, средь мертвых
Оплаканный, явился мне живым.
Но как же так? И как вы здесь, в Пекине?
Барах, не называй меня. В тот день,
В тот грозный день разгрома, мы с отцом
Вернулись в Астрахань. Взяв во дворце
Ценнейшие каменья и одевшись
Крестьянами, родители мои,
Эльмаза и Тимур, и я бежали.
Скрываясь от людей, мы шли в пустынях
И в диких скалах. Боже мой, Барах,
Как много бед, как много мук снесли мы!
В горах Кавказа мы попались в руки
Грабителям, и только жизни наши
Нам вымолить слезами удалось.
Нам спутниками были голод, жажда
И всякие невзгоды. Я нередко
Нес на плечах то старика отца,
То мать мою несчастную, и так
Мы продолжали путь. Я сотню раз
Удерживал родителя, который
Хотел с собой покончить, и не реже
Мать к жизни возвращал, когда она
Лишалась чувств от слабости и горя.
Так мы достигли города Яика.
Там, у дверей мечетей, горько плача,
Я со стыдом просил о подаянье,
По улицам и лавкам собирая
Сухие корки, мелкую деньгу,
Я кое-как кормил отца и мать.
Вдруг новая беда. Бесчеловечный
Султан Хорезма, не желая верить
Молве о том, что мы давно погибли,
Затем что трупов наших не нашли,
Назначил богатейшие награды
За наши головы. Он разослал
Монархам письма с просьбой разыскать нас.
Причем давал точнейшие приметы.
Ты знаешь сам, как все его страшатся.
Ты знаешь, что низложенный монарх
Жалчей и подозрительней, чем нищий,
И что такое польза государству?
Благоприятный случай мне открыл,
Что царь Яика отдал приказанье
Негласно нас искать по всей столице,
Я бросился к родителям моим,
Я умолял их скрыться. Мой отец
Рыдал, рыдала мать. Они искали
Объятий смерти. Друг мой, нелегко
Отчаянные души успокоить,
Напоминая им веленья неба
И умоляя. Все же мы бежали,
Для новых мук, для новых бед, для новых
Терзаний...
О, довольно, господин мой!
Нет, нет, вы разрываете мне сердце!
Тимур, мой царь, с супругою и с сыном
Так бедствует! Державная семья,
Всех доблестней, мудрей, великодушней,
В такой нужде! Но живы ли, скажите,
Мой царь, его супруга?
Да, Барах,
Да, оба живы. Расскажу тебе,
Какой плачевной может стать судьба
Тех, кто рожден в величье. Мощный дух
Все должен вытерпеть. Он должен помнить,
Что пред лицом богов цари ничтожны
И только стойкостью и послушаньем
Небесной воле человек велик.
И вот пришли мы в Хорасан, где правил
Царь Хейкобад, Я во дворец к нему
Пристроился на черную работу,
Чтоб прокормить родителей моих.
Адельма, дочь царя, меня жалела,
И я сказал бы - это было больше,
Чем просто жалость. Взор ее как будто
Угадывал, что родом я знатней,
Чем был по виду. Вдруг ее отец.
Обижен чем-то, начал воевать
С пекинским богдыханом Альтоумом.
В народе говорили всякий вздор
Насчет того, чем вызвана война.
Одно я знаю твердо: Хейкобад
Был побежден, разгромлен, вся семья
Его истреблена и дочь Адельма
Утоплена в реке. Таков был слух.
Пришлось и нам бежать из Хорасана
От ужаса войны и от погрома.
С большим трудом мы добрели в Берлас,
Раздетые, босые. Что еще
Могу сказать? Отца и мать мою
Четыре года я кормил кой-кок,
Таская на спине мешки, баулы
И всевозможный непосильный груз.
Нет, нет. Довольно, принц!.. На вас я вижу
Богатую одежду. Так оставим
Злосчастия, и расскажите мне,
Как наконец удача вас пригрела.
Пригрела? Погоди. У Алингвера,
Берласского царя, пропал однажды
Любимый ястреб. Я его поймал,
Явился к Алингверу. Тот спросил,
Кто я такой. Я, соблюдая тайну,
Сказал, что я бедняк, что содержу
Отца и мать, нося тюки по найму.
Царь поместил родителей моих
В странноприимный дом. Он приказал,
Чтобы о них заботились усердно
В приюте этом для больных и нищих.
Вот где твой царь, Барах... твоя царица...
Родители мои все время в страхе,
Что их откроют и тогда казнят.
О, боже! Что я слышу!
Алингвер
Мне дал кошель вот этот,
(достает из-за пазухи кошелек)
дал коня,
Богатую одежду. Со слезами
Я обнял стариков, сказал: "Иду
Искать удачи. Или я расстанусь
С несчастной этой жизнью, иль достигну
Великого. Я не могу вас видеть
В такой нужде". Они меня хотели
Не отпускать, идти со мной хотели.
Но неугодно было небесам,
Чтобы любовь их увлекла за сыном.
Таясь от хорезмийского злодея,
Сюда в Пекин я прибыл, чтоб вступить,
Измыслив имя, в войско богдыхана.
И если я возвышусь и судьба
Поможет мне, Барах, я отомщу.
Здесь празднество какое-то, и город
Набит приезжими. Мне негде было
Найти приют. Но добрая хозяйка
Вон той корчмы устроила меня
С моим конем...
Да то моя жена!
Твоя жена! Счастливый человек,
Премилая хозяйка у тебя.
(Собираясь идти.)
Вернусь сюда. Взгляну в стенах Пекина
На празднество, привлекшее столь многих,
Потом явлюсь пред очи Альтоума
И попрошу его о дозволенье,
Сражаться за него.
(Направляется к городским воротам.)
Калаф, постойте!
Отвергните желанье созерцать
Чудовищное зрелище! Судьба
Вас привела на страшную арену
Неслыханных жестокостей.
Иль вы не знаете, что Турандот,
Единственная дочка Альтоума,
Жестокая красавица, у нас
Причина зверств, и скорби, и рыданий?
Я в Хорасане слышал небылицы
В подобном роде. Говорили, будто
Сын Хейкобада как-то очень странно
Погиб в Пекине, будто и война
Поэтому возникла с Альтоумом.
Чернь сочиняет сказки, домогаясь
Проникнуть в государственные тайны,
И мелет вздор, а умные смеются.
Но продолжай, Барах.
Дочь Альтоума,
Принцесса Турандот, чью красоту
Кисть не способна выразить, чей ум
Глубок и прозорлив и чьи портреты
Вы можете найти в любой столице,
Жестокосерда и мужчин не терпит
Так злобно, что славнейшие цари
К ней сватались напрасно.
Эту басню
Я слышал в Хорасане и смеялся,
Но продолжай, Барах.
Нет, то не басня,
Отец не раз хотел ее сосватать, -
Ведь Турандот наследница престола, -
Искал ей мужа царственного рода;
Упрямая гордячка не сдавалась.
Отец же дочь любимую свою
Насильно выдать замуж не решался.
Из-за нее он вел немало войн;
Но пусть он и могуч и побеждал
Всех нападавших, все-таки он стар.
И вот однажды, зрело поразмыслив,
Он дочери решительно сказал:
"Иль выйди замуж, или посоветуй,
Как мне державу оградить от войн,
Я стар и многих оскорбил монархов,
Тебя им обещая, а затем
Тебе в угоду нарушая слово.
Мое желанье, согласись, законно,
И я тебя люблю. Иль выйди замуж,
Иль укажи, как войны прекратить,
А там живи как хочешь, вплоть до гроба".
Гордячка заартачилась, пыталась
Отговориться, нежно умоляла
Родителя. Ничто не помогло.
От ярости гадюка заболела,
Лежала при смерти. И так сказала
Скорбящему, но стойкому отцу.
Прошу услышать дьявольскую просьбу
Ужасной женщины.
Все ту же сказку,
Которой я уже не раз смеялся,
Дай сам скажу. Принцесса пожелала,
Чтобы отец оповестил указом,
Что свататься к ней может всякий принц.
Но с тем, что в заседании Дивана
Она торжественно, средь мудрецов,
Искателю предложит три загадки,
И если он их разрешит, он станет
Ей мужем и наследником престола;
Но если он не разрешит загадок,
Хан Альтоум, во исполненье клятвы,
Которую он даст богам, велит
Снесть голову безумцу за попытку
Решить загадки дочери. Ну что,
Я знаю сказку? Доскажи уж сам,
Мне надоело повторять.
Да! Сказка!
Ах, если бы и впрямь то было сказкой!
Хан возмутился, но тигрица эта
То ласками, то гордыми речами,
То притворяясь тяжело больной,
Смутила душу нежного отца
И у него такой указ исторгла,
Ей так казалось: "Не дерзнет никто
Отважиться, и я спокойна буду.
А если кто отважится, отца
Никто не упрекнет, раз он исполнил
Объявленный указ, скрепленный клятвой".
Хан объявил указ, дал клятву, и я рад бы
Вас тешить сказкой, называя сном
Последствия жестокого закона.
Тебе я верю, что указ был издан.
Но ни один безумный принц, конечно,
На вызов не ответил.
Так смотрите.
(Указывает на городскую стену с торчащими головами.)
Вот головы тех принцев молодых,
Которые пытались разгадать
Мудреные загадки злобной девы
И поплатились жизнью.
(изумленный)
Страшный вид!
Но разве можно быть таким глупцом,
Чтоб головы не пожалеть в надежде
Жениться на злодейке?
Нет, Калаф,
Кто только взглянет на ее портрет,
Тот в сердце чувствует такую силу,
Что ради подлинника будет слепо
Стремиться к смерти.
Разве что безумец!
Нет, даже и мудрец. Сегодня толпы
Сошлись глядеть, как будет обезглавлен
Царевич Самаркандский. Миловидней,
Умней, любезней юноши Пекин
Еще не видел. Альтоум свою
Оплакивает клятву, а злодейка
Горда и рада.
(Прислушивается.)
Доносится звук барабана.
Слышите? Вот, вот!
Печальные литавры возвещают
Начало казни. Я ушел сюда,
Чтобы не видеть.
Твой рассказ, Барах,
Необычаен. Неужель природа
Могла такую женщину создать,
Как Турандот, которая настолько
Чужда любви и жалости чужда?
Есть дочка у моей жены, рабыня
Жестокой Турандот. Она подчас
Моей жене рассказывает вещи,
Которым трудно верить. Турандот
Поистине тигрица. Но гордыня,
Тщеславие - в ней основной порок,
Подобные чудовища бывают
Средь демонов, но вряд ли средь людей,
Будь я отец, я сжег бы на костре
Такую дочь.
(глядя в сторону города)
Вот друг мой Измаил
Идет в слезах, несчастный воспитатель
Казненного царевича.
История Турандот
Материал "увели" с сайта http://сайт/
Опера Турандот – последняя двенадцатая опера Джакомо Пуччини, который в 1920 году стал вынашивать идеи о написании «синтетической» оперы, сочетавшей в себе драму с чувственной лирикой и яркой ноткой комедийности.
Его привлек сюжет восточных сказаний о красивой, но жестокой принцессе. Впрочем, сам сюжет пользовался большой популярностью в литературных и театральных кругах Европы.
Сцена из оперы Турандот, где перед народом зачитывается страшный указ жестокой принцессы
История принцессы Турандот разворачивается в Китае во времена правления императора Альтоума. Перед собравшейся толпой зачитывается указ о том, что любой, кто посватается к принцессе, должен сначала отгадать три ее загадки. В случае неудачи, жениха ожидает смертная казнь. Толпа в предвкушении очередной казни, на этот раз персидского принца, бросается ко дворцу, но стража во главе с начальником Калафом, отбрасывает обнаглевшую толпу назад. Калаф среди собравшихся людей узнает своего отца Тимура, которого лишили трона и изгнали из родины. Ныне его сын Калаф находится на услужении чужеземного правителя, скрывая от всех свое происхождение и настоящее имя.
С наступлением ночи персидского принца выводят на казнь. При появлении несчастного юноши толпа забывает свою недавнюю жажду крови и проникается жалостью. Калаф поражен жестокостью прекрасной принцессы, но вместе с тем пленен ее властной красотой. Он принимает решение добиться ее руки. Служанка отца Калафа Лиу умоляет его отказаться от своего намерения, но тот не в силах противостоять своей пагубной страсти к Турандот. Он падает знак служителю и тот ударяет в гонг, объявляя тем самым о предстоящем новом состязании за руку Турандот.
На площади перед дворцом собирается народ, даже сам император, отец Турандот, отговаривает неизвестного смельчака отказаться от участия в состязании. Снова повторяются для собравшихся и Калафа страшные условия испытания. Незнакомый смельчак отгадывает все три загадки к досаде , которая не хочет замуж за чужеземца. Однако император неумолим. Впрочем, Калаф не желает брать Турандот в жены против ее воли. Поэтому он предлагает ей отгадать лишь одну его загадку к утру – раскрыть его истинное имя. Если она справится, то он даже готов принять смерть.
Турандот приказывает всему своему народу, чтобы ночью никто не спал, и пытался узнать имя неизвестного претендента на ее руку. Толпа хватает старого Тимура (отца Калафа) и Лиу, которых видели с неизвестным. По приказу Турандот начинается допрос Тимура. Лиу заступается за него, утверждая, что лишь ей одной известно имя незнакомца.
Страшась не выдержать пыток, Лиу кончает жизнь самоубийством. Калаф раскаивается в своей любви к Турандот, принесшей столько горя его близким. Народ потрясен мужеством рабыни. Траурная процессия удаляется, вместе с Тимуром и Калафом, решившим сопровождать отца вместо погибшей Лиу. Толпа также уходит, оставив Турандот в одиночестве на пустой площади… Такой я запомнила эту оперу, когда впервые увидела ее на сцене Большого театра оперы и балета Республики Беларусь, но недавний повторный просмотр этой же опере на той же сцене вызвал во мне бурю противоречивых эмоций. С одной стороны, гениальная музыка великого композитора, которая по-прежнему вызывает восхищение, с другой — , в частности, концовки. Финальная сцена уже не предполагает справедливой кары жестокосердной принцессы, от которой отвернулись все вокруг. Вместо этого, она обретает любовь в лице Калафа, который, презрев все ее преступления, добивается от нее взаимности.
Так нынче заканчивается история принцессы Турандот, положенная на музыку гениальным Джакомо Пуччини, для которого эта опера стала последним произведением в жизни. Преждевременная кончина не позволила ему завершить ее. За него это сделал его ученик Ф. Альфино.
